Главная страница ИД «Первого сентября»Главная страница газеты «Первое сентября»Содержание №17/2003

Четвертая тетрадь. Идеи. Судьбы. Времена

ТЕОРЕМА СОЦИУМА 
 

Мария ПРОСКУРИНА,
аспирантка кафедры психологии
Алтайского государственного университета

Наука – занятие женское?

В последние десятилетия началась новая волна феминизации; но если прежде доля женщин-ученых увеличивалась с ростом образования женщин и под напором феминистского движения, то теперь ее объясняют тем, что наука перестала быть столь привлекательной для мужчин

С начала прошлого века и примерно до 1930 года вхождение женщин в науку представляло собой непрерывный поступательный процесс. Тогда же по Европе шла первая волна массового движения женщин за равноправие с мужчинами. В 30-е годы в большинстве стран Европы, в США и Канаде начался “отлив”. В США, например, женщин среди докторов наук, преподавателей средних и высших учебных заведений стало намного меньше, и вновь достичь уровня двадцатых годов удалось только спустя пять десятилетий. В 60-е годы их число в науке растет стремительно.
Однако если наступает экономическая нестабильность, первыми под удар попадают женщины. В экономически нестабильном 1987 году уровень безработицы в области науки и техники среди американок составил 2,7%, а среди американцев – 1,3% от общего числа трудоспособных специалистов.
В Японии законодательная система не гарантирует женщинам права на служебный рост после вступления в брак и рождения детей, а их научной карьере препятствует принятая в японских семьях традиция оплачивать в первую очередь образование сыновей. В результате нет женщин ни среди почетных членов Японской академии наук, ни среди исследователей естественно-научных факультетов самых крупных университетов Токио и Киото.
У нас полное отсутствие дискриминации по признаку пола и даже определенные привилегии, реализованные в первые годы советской власти, создали ситуацию, радикально отличающуюся от западной. Граждане нового государства вошли в науку в период революционной ломки прежних традиций, им не пришлось “проникать” в инертные структуры стабильного общества, преодолевая его сопротивление. Процесс феминизации науки у нас шел без отступлений, как на Западе, а устойчиво и постоянно: эта тенденция сохранялась на протяжении всей истории отечественной науки.

“Всем известен анекдотический рассказ о светской барышне, которая на вопрос, что она сейчас читает, ответила, что читает зелененькую книжку, а сестрица ее – розовую. Утверждают, правда, что княжну Анну Урусову, с именем которой этот рассказ связывается, оклеветали завистницы – княжна была очень хороша собой, – но важно ведь не это, а сам факт появления и широкой популярности анекдота. (И это при том, что уже много поколений женщины читают больше мужчин и с большим пиететом относятся к чтению.) Сама по себе фигура “читающей барышни” воспринималась как не совсем обычное, парадоксальное – и тем самым показательное”.
Д.Равинский. «“Читающая барышня” как историко-культурный феномен»

Однако и у нас были три волны феминизации, когда доля женщин-ученых росла особенно быстро. Первая была порождена установками революционного государства. Вторая пришлась на середину 60-х годов, когда открылось много новых научно-исследовательских институтов, центров, лабораторий, были созданы тысячи рабочих мест.
В середине 70-х годов рост финансирования науки резко замедлился, экстенсивное развитие прекратилось. Сделать должностную карьеру в научном учреждении становилось все труднее, снизились заработки. В результате очень скоро приток мужчин в науку уменьшился, следовательно, возросли темпы ее феминизации. К 1988 году численность женщин-ученых выросла по сравнению с 1960 годом в 4,7 раза и достигла 40% от общего числа занятых в этой сфере. В 90-е годы этот процесс продолжался. Он шел неравномерно в разных отраслях науки.
В последнее десятилетие, далеко не лучшее с точки зрения финансирования науки и поддержания ее престижа, начался усиленный отток из науки в другие, более прибыльные и перспективные виды деятельности. И опять уходили прежде всего мужчины. Женщины, как известно, по инерции остаются на своих рабочих местах, довольствуясь минимальной зарплатой и небольшой загруженностью в научных институтах. Они больше мужчин склонны к стабильности, к минимальному риску, что привязывает их именно к бюджетным сферам экономики.
Но вот что интересно: сохранилось деление наук на относительно более и менее “мужские”. В этом отношении их можно разделить на три вида. К “мужским” наукам до сих пор относятся физико-математические, технические и компьютерные дисциплины. К “нейтральным” – химические и биологические: физиология, зоология, ботаника. “Женские” науки – социальные, социально-психологические и гуманитарные. Разумеется, это деление весьма “грубое”, условное. Тем не менее, как утверждают, соотношение мужчин и женщин, имеющих научный статус, в “мужских” областях науки составляет от 25:1 до 6:1; в “нейтральных” – от 5:1 до 3:1, а в “женских” – менее 2:1. Еще интереснее, что свой “пол” эти науки сохраняют во всех развитых странах мира.
Наверное, эта статистика и породила устойчивый стереотип, согласно которому есть научные дисциплины, адекватные и неадекватные женскому стилю мышления. Однако все проведенные исследования не дают оснований для этого: психологам не удалось обнаружить серьезные различия между полами в интеллектуальных способностях. Единственное общепринятое различие состоит в том, что у женщин более развит вербальный интеллект, а у мужчин – зрительно-пространственный. Но и это объясняют не генетическими особенностями, а спецификой воспитания и отношением к внешнему миру, которое формируется в раннем детстве: девочки более склонны ценить и строить “отношения”, а мальчики более интересуются предметным миром.


Ваше мнение

Мы будем благодарны, если Вы найдете время высказать свое мнение о данной статье, свое впечатление от нее. Спасибо.

"Первое сентября"



Рейтинг@Mail.ru