Главная страница ИД «Первого сентября»Главная страница газеты «Первое сентября»Содержание №2/1999

Архив

АТТЕСТАЦИЯ: КАК ДОКАЗАТЬ ЧИНОВНИКУ, ЧТО ТЫ – УЧИТЕЛЬ?

Мы хотели первый рабочий номер нашей газеты открыть большим материалом о педагогике сотрудничества. Нам кажется, что никакие перемены в школьной жизни невозможны без глубокого осмысления главного – наших учительских ценностей и целей...

Но перед Новым годом появился проект Типового положения об аттестации педагогических и руководящих работников. Один учитель в письме назвал его не типовым, а липовым, настолько неправдоподобным показалась ему попытка навесить еще одно ярмо на шею учителя. А срок обсуждения этого проекта – до середины января.

И мы решили перенести публикацию о педагогике сотрудничества в следующий номер, чтобы наши читатели успели высказать свою точку зрения на предложенный министерством проект.

Кажется, этот разговор далеко не последний. Специалисты считают: если новый проект будет принят, возвращаться к его обсуждению придется постоянно, поскольку в таком виде он очень скоро станет мишенью для критики.

Общее ощущение от разговоров об учительской аттестации – безмерная усталость.

Ведомство, вместо того чтобы сражаться за зарплату, похоже, сражается за право сажать учителя на цепь абсолютной зависимости от произвола инспекторов.

Цинизм заключается еще и в том, что любая аттестация обязательно связана с уровнем зарплаты. А зарплаты нет. Никакой.

Аттестация связана с определенной государственно-общественной образовательной политикой. А ее пока нет. Никакой.

Аттестация связана с выполнением закона. А по закону учителей аттестует школа. Ведомство обязано разработать не типовое, а примерное положение. Примерное! А дальше школа вместе с общественным органом управления сама будет решать, сколько платить учителю.

Чиновники перепутали: аттестация должна воодушевлять учителя, добавлять ему энтузиазма и желания работать.  А они думают наоборот: аттестация должна заставить учителя бояться чиновников. И результат есть: школа запугана чиновничьей глупостью.

Как только новый проект положения об аттестации будет принят, мы опубликуем его в одном из номеров вкладки “Документы”.

Проект, в основе которого равнодушие

Николай РЕШЕТНИКОВ,
заведующий кафедрой Академии повышения квалификации аботников образования

Проект демонстрирует удивительное равнодушие к реальному положению дел в части оплаты труда работников образовательной сферы. Главное, что с сожалением осознаешь при его чтении, – для авторов проекта аттестация кадров из скромного разряда средства переросла в самодостаточную цель административного действа. Любовно прописав элементы делопроизводства, они превратили проект положения в инструкцию.

Мне кажется, что необходимо вернуться на семь лет назад и еще раз рассмотреть методологические основы и цели аттестации кадров.

Обычно выделяют три параметра, определяющих зарплату: условия труда, квалификацию и качество труда работника.

К условиям труда можно отнести специфику работы в образовательных учреждениях как в целом, так и с учетом особенностей не только разных типов, но и видов, а также категорий. В странах всего мира компенсируют нервные и физические перегрузки педагогов обязательным приростом зарплаты по стажу (так было в России до революции и в СССР). То есть часть зарплаты является и должна являться определенной мерой социальной защиты работников сферы образования. Например, в СССР учителю до 25 лет стажа каждые 5 лет повышали зарплату на 10 процентов.

В некоторых странах прирост ежегодный, но нигде применение стажевого коэффициента не обрывается задолго до пенсионного возраста, как это установлено сегодня в России. Последствия очевидны – система оплаты труда не стимулирует кадры на продолжительный стаж работы в ней.

По данному параметру желательно иметь федеральный норматив, устанавливающий выраженную зависимость оплаты труда от стажа.

Второй параметр – квалификация. У учителя есть три возможности карьерного роста: стать руководителем, уйти в науку или остаться учителем.

Без нормативов, конкретно устанавливающих определенность “сложности по профессии” учитель (а также директор или его заместитель и другие), невозможно корректно, без нарушений прав педагогов определить как знания, так и трудовые навыки претендента на ту или иную степень квалификации.

Другими словами – сначала надо ранжировать работы по сложности, затем определить различия в оплате труда и только после этого прописать квалификационные требования. В реальности все не так – проблема отдана на откуп экспертам.

При таком подходе трудно говорить об объективности. Понятие “высшая категория” сводится в лучшем случае к оценке и сопоставлению работников на уровне всего нескольких школ. Учитель становится уязвим, поскольку он существенно зависит от системы отношений, сложившейся у него с управлением образования на местном уровне.

Кроме того, если местная экспертная комиссия имеет дело с педагогом действительно лучшим, то, стало быть, члены комиссии несколько слабее в профессиональном плане. А это не только обидно, но и совершенно недостойно широкой огласки.

Конечно, можно принять естественную практику получения (и подтверждения) профессиональной квалификации – обычные процедуры контроля на способность выполнить ту или иную работу. В других сферах это всегда некоторое испытание, следующее за специальной подготовкой. Но в образовании этот механизм пока не отлажен. Проблем много, одна из основных – кто судьи? Кто в системе среднего образования может подхватить (по своей, судейской, квалификации) эстафету государственной экзаменационной комиссии, выдавшей педагогу диплом вуза?

Простого решения, лучшего, чем было десять лет назад – вариант званий старший учитель и тому подобное, – пока нет. Требуется на федеральном уровне определить статус и качество послевузовского образования и его оценки. На переходный период вполне возможно ограничиться заданными Законом РФ “Об образовании” правами образовательного учреждения и передать на этот уровень определение соответствующей квалификационной категории.

Третий параметр – качество труда работника. Учитывая многообразие условий (специфику учебных предметов и возрастных групп учащихся, зависимость от исходного состояния отдельных учеников и класса в целом, особенности работы в учреждениях разного типа, вида и категорий и многое другое), специалисты выражают сомнение в самой возможности формализовать этот параметр.

Ограничимся двумя вопросами: можно ли оценить качество труда педагога вне контекста условий его труда? Работают ли сегодня при определении зарплаты педагога Закон “Об образовании” (ст. 54, п. 4)?

Конкретизация условий труда в этом случае сводится к определению номенклатуры типов, видов и категорий образовательных учреждений. Предполагается нормирование их характеристик по параметру фонд оплаты труда. К сожалению, этими нормативными документами федерального уровня мы не располагаем, что не позволяет ответить положительно на первый вопрос.

И на второй вопрос нельзя ответить положительно, поскольку по законодательству “образовательное учреждение в пределах имеющихся у него средств на оплату труда... самостоятельно определяет форму и систему оплаты труда, размеры ставок заработной платы и должностных окладов...” Что есть ЕТС – единая тарифная сетка, как не система оплаты труда?

Руководители образовательных учреждений лишены в настоящее время возможности проводить действенную кадровую политику в соответствии с законодательством России. Наиболее мощный управленческий рычаг, имеющий подкрепление в виде закона, ликвидирован ведомственной инструкцией по аттестации кадров.

Ситуацию с представленным проектом можно характеризовать так – не важно, кто платит, важно, кто заказывает музыку.

Между тем регионы России накопили за прошедшие годы огромный опыт выживания и даже развития в современных условиях. Этот опыт пока практически не изучен на федеральном уровне, не обобщен. Но он реально существует, руководители образования субъектов Федерации делятся им друг с другом. В частности, есть интересные наработки и по аттестации кадров..

Образованию, как и науке, нужен диалог профессионалов

Борис ЯРМАХОВ,  директор медиа-проекта,
Александр ПИЩИК, заместитель директора по научной работе,
Михаил БУРОВ, директор Нижегородской  
авторской академической  школы № 186

Идея аттестации как таковая кажется привлекательной. Но при существующей схеме говорить о каком-то качественном, содержательном разговоре аттестуемого с аттестующими не приходится. Скорее речь идет о своего рода ритуале. Комиссию больше интересует “полнота представленности документации”, а вовсе не ее содержание.

Попробуем сравнить аттестацию с защитой кандидатской диссертации. Последняя предполагает на первом этапе обращение в диссертационный совет, состоящий из профессионалов в этой области. При этом, что принципиально важно, можно обращаться со своей работой в разные диссертационные советы. В системе же аттестации существует лишь одна областная аттестационная комиссия (если речь идет о высшей категории), создаваемая при областном департаменте.

Что бы произошло, если бы все решения о защите научных диссертаций принимались начальством? Всем понятно, что это абсурд. Наука возможна лишь тогда, когда есть диалог профессионалов. Когда есть цех, гильдия, братство людей, живущих и думающих по законам, отличным от ведомственной субординации. Стоит отказаться от этого, и сама идея науки окажется под запретом. То же самое происходит и в творческих союзах, где художники сами решают, достоин ли новоприбывший того, чтобы называться их собратом. Почему же, когда речь заходит об образовании, эта мысль кажется дикой и нелепой?

В нынешнем ее виде процедура аттестации унизительна уже с самого первого ее момента, когда в личном заявлении нужно написать, почему учитель хочет аттестоваться на ту или иную категорию. И дело здесь не в ложной скромности, а в самом обычном чувстве человеческого достоинства.

От существующей аттестации педагогических кадров устали все: и те, кто ее проводит, и те, кто проходит испытание. Процедура постепенно и естественно стала формальной. Зачем тогда она такая вообще? Тратятся впустую усилия людей, деньги, наконец, самое ценное – здоровье учителя.

Недостаток предлагаемого проекта даже не в стилистических ляпсусах (“результативность – это получение хорошего результата”), не в допущении в процедуру экзамена вещей откровенно спорных и не в отсутствии четких критериев оценки профессионализма учителя. Дело в том, что идеологически этот документ ложится в заскорузлое русло ведомственного образовательного авторитаризма, в котором кто начальник, тот и прав. Он пытается двигать вспять процессы развития современной школы и насаждать в ней атмосферу раболепного поклонения инстанциям.

В таком тонком и многострадальном вопросе, как становление педагогического профессионализма, никакая монополия недопустима. Тем более недопустима монополия чиновничья. Не надо лишний раз искушать этих людей соблазном власти. Соблазном решать, кто будет судьями, по каким меркам будут сортировать учителей. Это должно сложиться внутри самого педагогического сообщества как его личное, интимное дело. Не исключено, что в каких-то случаях полноправные экспертные советы должны создаваться в самих школах. И в любом случае у учителя должен быть выбор того совета, который будет его аттестовать.

В соответствии со статьей 41, пункт 2 Закона РФ “Об образовании” финансирование образовательных учреждений осуществляется на основе государственных и местных нормативов финансирования, определяемых в расчете на одного обучающегося. Проект Типового положения об аттестации педагогических и руководящих работников государственных, муниципальных учреждений и организаций образования РФ опирается на оплату труда по ЕТС.

Если жить по закону, то механизм аттестации может быть создан на уровне школы. Администрация и коллектив школы сами решают, как распределить деньги на зарплату, полученную по нормативам. Если жить по ЕТС, то чиновничья пирамида неизбежна, что и предлагается в обсуждаемом проекте.

Аттестация педагогических работников, кроме директоров, должна быть делом только образовательного учреждения. И это никак не противоречит Закону “Об образовании”: согласно статье 32, пункт 4, школа отвечает за уровень квалификации кадров, статье 54, пункт 4, – самостоятельно определяет форму и систему оплаты труда, размеры заработной платы и должностных окладов своим работникам. А в соответствии со статьей 28, пункт 12, органы управления образованием могут законно передать всю аттестацию школе и одновременно разработать примерный порядок аттестации педагогических работников образовательного учреждения..

 

Спонсор публикации статьи: агентство международных образовательных решений LinguaBistro предлагает услуги по обучению иностранным языкам за рубежом. Воспользовавшись предложением агентства LinguaBistro, Вы сможете пройти обучение в США, и получить высшее образование, обладающее ценностью и признанием по всему миру. Квалифицированные специалисты агентства помогут подобрать подходящую обучающую программу, и ответят на все интересующие Вас вопросы. Подробнее ознакомиться с предложением можно на сайте агентства, который располагается по адресу www.languagebistro.co

Пройти все испытания ради девятнадцати рублей

Валентина ВОЛКОВА,
заместитель директора Центра непрерывного образования “Универ”, г. Усть-Илимск

Аттестация на сегодняшний день не является стимулом для развития творчества. На какую бы категорию ни претендовал учитель, этот марафон всегда сопровождается большим психологическим стрессом. Между тем разница между разрядами колеблется от 19 до 50 рублей. Если не пересмотреть тарифную сетку, аттестация вообще потеряет всякий смысл.

Процедура аттестации очень усложнена, я думаю, ее нужно упростить и адаптировать к условиям каждой школы.

И, наверное, не обязательно делать акцент на курсах повышения квалификации. Многие при всем желании лишены возможности ездить на курсы. Ситуация может измениться лишь в том случае, если прохождение курсов будет оплачивать школа или эти деньги будут заложены в сетку ЕТС – зарплату учителя..

Процедура определения... неизвестно чего

Виктор ФИРСОВ,
президент научно-педагогического объединения “Образование для всех”

Прежде всего принципиально неверно заложенное в документе понимание аттестации – не как квалификационного испытания по определенным требованиям, а как некоей измерительной процедуры. Какими же способами предлагается измерить квалификацию? Возьмем одну из форм – научно-методическую разработку.

Требования к ней предъявляются как к кандидатской диссертации: она непременно должна претендовать на оригинальность и новизну. Но даже в кандидатской не смеют требовать обязательные признаки, такие как цель, объект, гипотеза научно обоснованных результатов, характеристика теоретической и практической значимости, результаты, полученные аттестуемым и выносимые им на защиту. И заметьте, требования предъявляются на какой-то конкретный период. Уж если я защитил кандидатскую диссертацию, я навечно остался кандидатом. А здесь я все время должен подтверждать свою категорию.

Я убежден, что если критерий квалификационных категорий применить к составителям подобных документов и к руководству министерства, вряд ли кто-нибудь из них будет удовлетворять этим требованиям.

Еще одна фраза: руководитель образовательного учреждения должен знать стратегию образования в мире, в России и принципы образовательной политики. Наверное, никто не будет спорить, что стратегии образования в России нет.

Абсолютно несвоевременный документ. Учитывая ситуацию в стране, вообще, наверное, имело бы смысл доверить (в соответствии с законом уж точно) оплату труда (а ведь речь идет именно об оплате труда) самим школам. Пусть они сами присваивают категорию учителям. Это было бы разумно.

Зачем выпускать документы, на основе которых развернется худший способ издевательства над учителем. Будь нормальной зарплата, большинство учителей вообще бы не связывалось с подобного рода испытаниями. Но люди вынуждены подвергаться этим унизительным процедурам. Разница между категориями мизерная, но учитель так мало получает, что для него даже этот мизер существен..

Госэкзамен по второму кругу?

Владимир СОЛДАТОВ,
директор школы № 6, г. Фрязино

Принимать подобные документы в той ситуации, в которой находится сегодня образование, абсурдно. Это создает дополнительное напряжение, которого лучше было бы избежать.

В проекте заявлена цель аттестации – повышение профессионального уровня. Но это все высокие слова, которые не имеют ничего общего с реальностью. На практике цель другая – получить прибавку к зарплате. Но тут же рождается вопрос: а стоит ли за эти деньги, которые неизвестно когда выплатят, и выплатят ли вообще, так напрягаться. Побудить учителя на добровольное участие в этой кампании, оказывается, непросто. В нашей школе есть великолепная учительница, которая трижды заслуживает высшей категории, но претендовать на нее не собирается, а без ее желания я ничего сделать не могу.

Как известно, аттестация проходит в два этапа. Первый предполагает проверку теоретических познаний учителя-предметника. Но правомерен ли такой подход: любой учитель уже однажды сдал экзамены в вузе, получил диплом, и вдруг ему предлагают пройти все сначала.

И потом, подходить ко всем с общими критериями невозможно: все-таки педагогика сродни искусству, это штучный товар. Я думаю, одного общего положения недостаточно, нужен альтернативный вариант..

Проще диссертацию защитить

Александр ГАЛИЦКИХ, директор
Галина КРОПОНЕВА, заместитель директора по научно-экспериментальной работе Вятской гуманитарной гимназии

Принципиально проект нового положения ничем не отличается от действующего, за исключением того, что, может быть, более подробно прописаны некоторые положения, касающиеся форм первого этапа аттестации, которые может выбрать для себя учитель.

Нам кажется, само положение содержит парадоксальное противоречие. Если учитель имеет звание “Заслуженный учитель РФ”, то высшая категория ему присваивается пожизненно. В то же время для педагогических работников, имеющих ученые степени и звания по профилю учреждения, территориальными и ведомственными положениями могут предусматриваться особые формы процедуры аттестации. То есть кандидаты и доктора наук, которые работают в нашей школе, должны проходить аттестацию на местном уровне. Но если человеку квалификацию присвоила ВАК, почему территориальные или местные органы должны подвергать его еще каким-то испытаниям?
Существует также противоречие между высокими требованиями, которые предъявляет к учителю аттестация, и низкой оплатой труда. На первом этапе, например, если учитель представляет научно-методическую разработку, опытно-экспериментальную или творческий отчет, то, судя по описанию требований, от него ждут защиты кандидатской диссертации, не меньше. Но главная задача учителя все-таки в другом – хорошо учить и воспитывать. Получается одно из двух: или мы превращаем аттестацию в профанацию, или заранее прогнозируем, что абсолютное большинство учителей не пройдет такую аттестацию.

Недостаточно продуманы некоторые пункты, отчего могут возникнуть разночтения. Должно быть более четко прописано, как аттестовать награжденных. Есть еще приписка “За особые заслуги”, это очень растяжимое понятие, и у всех тут могут быть разные представления.

Совместители, согласно проекту, аттестуются на общих основаниях. Но если учитель ту же работу, что и у нас, выполняет в другой школе, почему он не может принести выписку или свой аттестационный лист, где записана его категория?

Противоречивым кажется и тот пункт, где речь идет о создании экспертных групп.

Если создавать их в школах, получится, что учителя будут проверять друг друга: хуже ничего придумать невозможно. В школе вполне достаточны аттестационные комиссии, в которых будут представлены учителя..

Полосу подготовила Елена ЛОСЕВСКАЯ