Главная страница ИД «Первого сентября»Главная страница газеты «Первое сентября»Содержание №18/2005

Первая тетрадь. Политика образования

ОБРАЗОВАТЕЛЬНЫЕ ТЕХНОЛОГИИ 
 

Светлана КИРИЛЛОВА

Александр ТУБЕЛЬСКИЙ:

«Сначала надо изменить содержание образования, а уже потом тестировать по компетенциям»

Александр ТУБЕЛЬСКИЙПока ученые-психологи спорят о содержании терминов и определений, педагоги-практики уже с середины 90-х экспериментируют с компетентностным подходом в обучении. В Москве работает школа, куда на протяжении десятилетия руководители образования направляли иностранные делегации: продемонстрировать продвинутым британцам, французам и австралийцам, что российские школьники могут успешно справиться с аналогом PISA и даже владеют кое-какими универсальными умениями, которые их зарубежные сверстники в школе не получают. Одним словом, что наши дети тоже кое в чем компетентны. А главное – компетентны учителя.
Говорит директор НПО “Школа самоопределения” Александр ТУБЕЛЬСКИЙ.

– Александр Наумович, вы всегда повторяли, что школа должна научить детей ориентироваться в реальном мире. Когда в стране еще никто и не слыхал про компетентности, вы доказывали, что выпускники школы способны написать грамотное сочинение, но не могут составить убедительную объяснительную записку и это плохо. Во время уроков педагоги вашей школы действительно могли обучить детей, как это сделать. Могли бы они теперь помочь ученым-теоретикам? Наверное, у вас в школе вывели для себя формулу: что такое компетенция или компетентность?

– Я тоже работал в команде психологов и педагогов, которая готовила перспективные разработки по содержанию образования и обсуждала, что такое компетенция и компетентность. Да, дело теоретиков – объяснить понятие. Но то, что есть в теории, далеко не всегда объясняет практику. После споров мы решили объявить мораторий на обсуждение этого вопроса. Просто поняли, что спор по поводу содержания понятий “компетенции” и “компетентности” мы не закончим никогда. А ведь нам-то надо не только понять, но и предложить, каким образом изменить содержание образования, как перестроить образовательный процесс. Когда мы проверяем уровень образованности, мы должны проверить, как выпускник сможет использовать то, что он узнал в школе. То же самое относится к умениям. После того как мы ответим на вопрос, зачем ребенку эти умения и как он будет применять их в жизни, мы можем ставить другой вопрос – как этому научить. И это уже будет вопрос об изменении содержания образования. Видите ли, психологи вряд ли когда-нибудь вообще договорятся о том, что такое компетентности. По простой причине: не психологи придумали это понятие. Понятие было придумано людьми бизнеса. А у бизнеса двойной подход к человеческой личности. Для него важен человек, включенный в производственные отношения. Важно, чтобы человек мог что-то спроектировать, продать это другому человеку, мобильно поменять одни свои профессиональные умения на другие, когда этого потребует новая ситуация в бизнесе.

– Но ведь вы сами не раз говорили, что для современного общества, да и для рынка тоже нужны совсем другие умения – не те, которые дают в школе…

– Согласен с этим и сейчас. Но считаю, что для образования, для создания образа себя этого недостаточно. Если говорить о социализации, то школа должна помочь выпускникам овладеть этими умениями. Точнее говоря, дать детям хотя бы в первоначальном плане некий опыт этих компетентностей. Поэтому сейчас в разных школах и разных регионах страны все больший интерес вызывает проектный метод. Вот поэтому образовательные чиновники заинтересовались тестами, которые проверяют использование полученных в школе знаний. Но для меня важно другое: понятие компетентностей, как их понимают психологи, ориентированные на бизнес, не затрагивает главных свойств человеческой личности. Я говорю именно о тех личностных способностях, тех индивидуальных особенностях, которые пробуждаются в ребенке, когда он проектирует, ищет и обрабатывает информацию, выдвигает гипотезы, образно мыслит, сравнивает, взаимодействует с одноклассниками, учителями, родителями. Вот тут слабое место так называемого компетентностного подхода. Психологи, работающие для бизнес-сообщества, настаивают на готовых формулах. Например, продавай свой продукт так-то и так-то, и тебе гарантирован успех. Или: в коллективной работе тебе надо занять позицию лидера, для чего следует сделать то-то и то-то. Но такой подход, на мой взгляд, весьма опасен. Ведь главное не в том, что ученика учат делать что-то “как все”. Школа и без того научит его это делать. Главное в другом: он каким-то непостижимым путем должен по-своему понять, как надо продавать тот или иной продукт, как стать лидером, как получить информацию, как выдвинуть собственную гипотезу. Человек должен научиться действовать не по готовым моделям, а всегда идти своим собственным, присущим только ему путем. В этом проявляется его личность. Я боюсь, что те, кто предлагает быстро, в течение нескольких лет, ввести в школах России обучение по компетенциям (даже не договорившись, что они под этим понимают), про личность ребенка вообще не думают.

– Но разве плоха сама идея попытаться создать российский аналог исследования PISA, тестировать всех школьников по компетентностям?

– Даже если тестировать их по предметным знаниям – это уже плохо. Опыты с ЕГЭ это продемонстрировали: пропадают ребенок и учитель как человек, развивающий личность. Остается учитель как передатчик знаний. Боюсь, что российский вариант тестирования по компетентностям окажется еще хуже. Я знаю только два достойных примера тестов по компетентностям: это труд оксфордских профессоров (ориентированный даже не на школы, а на службы кадров предприятий разных уровней) и исследование PISA. Но тесты исследования PISA (при всей их просвещенности) тоже грешат отсутствием личностной окраски. К сожалению, их составители не видят в ребенке личность, не учитывают его личностных качеств. Поэтому, на мой взгляд, мы должны поступить по-другому. Не сначала придумывать ЕГЭ или спешно вводить тестирование по компетентностям для девятиклассников по образцу PISA, а изменить содержание образования. Да, этот процесс растянется на десятилетия, и, на мой взгляд, хорошо, что мы в России так долго над этим думаем. Но нельзя забегать вперед и, вместо того чтобы изменить содержание образования, спешно обсуждать, как протестировать полученные школьниками знания. Пока же у нас именно так и получается: либо тесты проверяют то, чему ребят в школе не учили, – и это плохо, либо создатели тестов в конце концов пытаются подогнать свою работу под то, чему ребят учили – такова ситуация с ЕГЭ. Перейти от нынешнего содержания, предметного, к универсальному – это долгий и непростой путь. Это непривычно и для учеников, и для родителей, и для учителей – что самое главное.

– В вашей школе есть особый экзамен по овладению компетентностями, которые вы – чтобы не путаться в терминах – называете универсальными умениями. Как он проходит?

– После 10 класса мы устраиваем выездной экзамен по универсальным умениям. У нас овладение теми или иными умениями проверяется в малых группах. Критерии вырабатываются заранее вместе с ребятами. Я убежден, что в кабинете ученого нельзя вычислить, что такое компетентность. Точнее, можно, но это будет мертвая формула, непригодная для школы. Вопрос о том, что такое компетентности, какие из них пригодятся в жизни, как их следует проверять на выходе из школы, можно решить только сообща – вместе с учителями, детьми и родителями. Это исследование требует коллективного обсуждения – ведь в России такие разные регионы и разные дети. И лишь тогда, когда мы все вместе поймем и договоримся, чего мы хотим от наших детей, – вот тогда наступит время выработать систему критериев оценивания.


Ваше мнение

Мы будем благодарны, если Вы найдете время высказать свое мнение о данной статье, свое впечатление от нее. Спасибо.

"Первое сентября"