Главная страница ИД «Первого сентября»Главная страница газеты «Первое сентября»Содержание №69/2003

Первая тетрадь. Политика образования

СЕДЬМЫЕ СОЛОВЕЙЧИКОВСКИЕ ЧТЕНИЯ 
26 - 27 СЕНТЯБРЯ. МОСКОВСКИЙ ГОРОДСКОЙ ДОМ УЧИТЕЛЯ 

«Стандарты, ЕГЭ, профильная школа...
Педагогическая экспертиза государственных инициатив в области образования»

Чтобы дать почувствовать атмосферу, царившую в зале, мы предлагаем читателю беглый обзор реплик, звучавших из уст участников дискуссии – учителей и экспертов.
– Известно, что ЕГЭ, стандарты и профильная школа – это инициативы, родившиеся на каких-то этажах государственной власти. Но кому конкретно принадлежат эти инициативы? Может быть, «государственная инициатива» – это легкий способ спрятаться от ответственности?
– Крайне интересный вопрос – механизмы рождения бюрократических инициатив. Нередко это что-то похожее на рождение поручика Киже. Все бумаги в порядке – нет только содержания.
– От педагогов поступают конструктивные предложения в адрес министерства, но предложений не слышат. Почему? Потому что эти предложения «не укладываются в формат». В тот формат слуха, который заранее знает, что ему нужно. Не укладываются в формат уже принятых решений.
– Есть два пути экспертизы качества получаемого детьми образования: технократический и гуманитарный. Сегодня доминирует первый, потому что такую экспертизу легче проводить и она позволяет выстроить всех детей по ранжиру. При этом не волнует, что никакой реальный уровень образованности не экспертируется, поскольку образованность любого человека определяется вовсе не количеством усвоенных учебных знаний. У гуманитарной экспертизы качества образования есть только один недостаток – она разрушает сложившиеся схемы управления образованием.
– Каковы альтернативные, гуманитарные процедуры определения качества получаемого детьми образования? Это, например, экзамены максимально открытого типа, когда ребенок получает возможность пользоваться любой литературой. В этом случае предметом экзаменовки становятся не накопленные знания, а способность думать и работать с информационными потоками. Другой вариант – это защита учащимися своих личных проектов или предоставление других творческих работ. Обычные претензии к такого рода процедурам таковы: это процедуры, которые более затратны по времени, и здесь не может быть технологичных критериев оценки. Но зато известные школе «технологичные» инструменты оценки вообще не способны оценить реальный уровень образованности – наивно полагать, что уровень образованности человека определяется количеством усвоенных учебных знаний.
– В идеологии стандартов все упирается в жажду сравнения всех детей друг с другом, в жажду ранжирования.
– Ничего не изменится, пока не произойдет радикальная смена поколений и не утвердится в жизни то поколение, которое ничего не боится. В том числе на разных этажах государственной власти.
– Опаснее страха только цинизм.
– Результатов в школе не будет, пока учителю не позволят снять с себя робу раба и иметь ту свободу, которой он достоин, пока не перестанут контролировать каждый его шаг, каждый вздох, каждую цифру, каждый день и час.
– У меня вопрос к министру: а кто те люди, что проверяют учителя? Не надо проверять работу учителя – проверяйте результат. А уже по результату оценивайте и школу, и учителя.
Ну почему у нас одна мысль про детей: как их получше проверить и проконтролировать?
– Единственный выход, который есть сегодня у школы, – это заменить ведомственный контроль общественным. Для этого надо работать с родителями. Это сейчас не только задача, но и выход для школы. Система сама учителей никогда не отпустит на свободу. Те, кто сегодня у школьной власти, будут пользоваться их сегодняшним положением. А последние десять лет показывают, что ресурс терпения учителя просто неисчерпаем.
– Сегодня школа боится родителей. Хотя именно это тот коридор, по которому только и могут прийти в школу перемены, продиктованные не потребностями власти.
– Административная система действует как организм со своими собственными интересами: сохраниться как системе. Ее нельзя реформировать. И призыв использовать родителей не поможет.
– А в самом учителе нет ли чего такого, из-за чего он сидит в подвале? Оправдан ли этот страх? Много ли случаев, чтобы учитель был выдворен из школы за то, что он не послушал администратора? При нашей зарплате и нашем кадровом голоде это практически невозможно.
– Я работаю в школе и в вузе. И много лет совмещая эту работу, понимаю, что это несоприкасающиеся миры. Почему-то сейчас на всех уровнях решено и принято, что школа – это одна большая стартовая площадка в вуз. Мы зациклены только на том, чтобы всех подготовить к поступлению.
– Симон Львович Соловейчик говорил, что мы не готовим детей к чему-то: к поступлению, к жизни – мы с ними живем. Как живем, так и живем. Критерием работы нашей школы может быть состояние души ребенка. А мы сейчас обсуждаем не это, а нашу клетку, ее цвет, материал, кто и каким ключом будет открывать двери.
– Мы все в двойном стандарте – живем по одному, отчитываемся по другому. На аттестации нас спрашивают о чем-то, совершенно не касающемся того, что мы на самом деле делаем.
– Все говорят об объективной оценке труда учителя. Но это миф. Оценка обязана быть субъективной, потому что она в сфере ценностей. Оценка – это отношение. А вовсе не основание для выстраивания всех по ранжиру.
– Почему в школе нет гуманитарной экспертизы? Потому что управленцы боятся потерять власть. И у них востребовано только то, что позволяет упрочить власть и контроль.
– Наши педагогика и психология, как мне ни печально об этом говорить, с родимым пятном технократического подхода. За что бы ни взялись, везде инженерный подход: проектировать, управлять, рассуждать в терминах плоскостей, позиций, ролей.
А вот многие учителя – и еще в большей степени дети – заинтересованы в гуманитарных категориях. Они слышат человеческий язык. Научные концепты и управленческий язык чужды им. Они открыты, хотят понять себя, увидеть, куда движутся, кто они такие.
– Учителя готовы пойти туда, куда им хочется, но все время свербит: а ведь придут проверять, что скажут? Многие все равно пытаются что-то делать, ориентируясь прежде всего на то, как ребенок себя чувствует. Как он относится к себе, к жизни, становится ли он увереннее, сильнее, живее. Думаю, что когда сами дети, сами учителя начнут требовать к себе прежде всего такого отношения, никакая бюрократическая машина не устоит.


Ваше мнение

Мы будем благодарны, если Вы найдете время высказать свое мнение о данной статье, свое впечатление от нее. Спасибо.

"Первое сентября"