Главная страница ИД «Первого сентября»Главная страница газеты «Первое сентября»Содержание №45/2003

Первая тетрадь. Политика образования

ЕДИНЫЙ ЭКЗАМЕН 
 

Один из «ветеранов» ЕГЭ – Самарская область. Здесь единый экзамен проводится уже три года. В нем участвуют больше выпускников, чем в любом другом регионе России. И тестирование проводится по максимально возможному набору учебных предметов. В 2003 году представители Самарской области – и только они – участвовали в обучении руководителей и педагогов из других регионов. Это означает, что их опыт признан существенным для остальных участников эксперимента.
Но каков этот опыт на самом деле?

Овена КОРСУНОВА

Cистема для идеальных условий и исполнителей

Как возникают ошибки и сбои при проведении ЕГЭ? Комментарий из Самары

Наверху, в Министерстве образования и Центре тестирования, ждут от людей в регионах безусловного выполнения инструкций, компетентности, а также внимательности и работоспособности. На местах ожидают тоже трех вещей: предусмотрительности, гибкости в реагировании на текущие запросы и... той же безошибочности действий.

Плюс-минус предусмотрительность

По мнению Натальи Крыловой, заместителя директора Самарского регионального центра мониторинга в образовании, в организации эксперимента на первом месте стоит разработка нормативных документов, которые были бы ясны всем его участникам, в том числе ученикам:
– В прошлом году от министерства поступило большое количество инструкций, которые дублировали одна другую. Мы просили и об уменьшении их количества, и об упрощении текстов. Ведь обычно человек понимает: когда дают руководство к действию, делай первое, второе и третье. А если перед инструктируемым 25 пунктов, то, даже добравшись до последнего, он не помнит о первых.
В этом году пришли инструкции гораздо лучшего качества: их меньше, и они носят более конкретный характер. Нас слышат, и это хорошо.
...Но и новые инструкции далеки от совершенства. Например, не предусмотрена ситуация, когда ребенку становится на экзамене так плохо, что он не может продолжать работу даже после посещения медпункта. Можно ли в этом случае снять ребенка с экзамена? Имеет ли он право потом сдать пропущенное выпускное испытание в обычной форме? Такие случаи единичны, но людям на местах необходимо знать, что с ними делать.
Не предусмотрена и ситуация, когда ученик сдает работу раньше, чем истечет отведенное для экзамена время. Держать “пострела” нельзя не то что в аудитории, но и во всем пункте проведения экзамена (ППЭ). Хорошо, если выпускник живет поблизости, тогда он просто отправляется домой. А если речь идет о сельском ППЭ, куда был организован подвоз?
Отдельная история – ЕГЭ по немецкому и французскому языкам. Эти предметы сдавали только в Самарской области, и всего 83 ребенка. Тем не менее ситуация показательная... по непредусмотрительности разработчиков процедуры. На этих языковых экзаменах, как и на экзамене по английскому, проводилась устная часть – беседа с экспертом-экзаменатором по заданной теме (12 минут). Только вот “англичанам” было положено 10 минут подготовки к этому испытанию, а “немцам” и “французам” – нет. Ребенок должен был в присутствии незнакомых взрослых сосредоточиться, прочитать задание, понять его и тут же (!) начать выполнять.
Бывают и курьезы. Например, человек, ответственный за перевозку КИМов и документов от ППЭ до пункта первичной обработки информации, буквально не должен выпускать из рук эти самые КИМы и документы, то есть коробку, куда они сложены и которая весит порой больше десятка килограммов. Хрупкая женщина – ответственный – пытается поднять заветный груз, потом машет рукой и зовет на помощь шофера.
Нарушение инструкции...

Плюс-минус следование инструкции

Сами учителя (именно они чаще всего становятся организаторами на ППЭ) признают: очень трудно точно следовать инструкции. Некоторые предлагают в чем-то изменить процедуру: мол, так-то лучше будет.
Наталья Крылова:
– Кто-то начинает суетиться и объяснять все слишком подробно, запутывая в конечном счете детей. Либо человек боится обвинения в подсказках и буквально не встает с места, отказывая в самой необходимой помощи, связанной, например, с процедурой исправлений, с заполнением бланков. Но такая помощь – обязанность организатора.

Дети, подавая апелляции по процедуре проведения ЕГЭ, пишут о единичных звонках сотовых телефонов, о разговорах организаторов между собой. Подобные апелляции остаются без удовлетворения. Самый “криминальный” случай, который припомнила Виктория Прудникова, заместитель руководителя Департамента образования и науки администрации Самарской области, такой:
– В прошлом году на одном из пунктов кто-то из наблюдателей отметил в протоколе, что слишком много детей ходили в медпункт. Стали проверять – 60 обращений! Если среднее их число на пункт не превышает пяти, то несколько десятков – это по меньшей мере странно. Организаторы объясняли: дети очень волновались, у одного болела голова, у второго пошла кровь носом, у третьего схватило живот. В общем, за руку никого не поймали, но сделали предупреждение, в этом году перенесли ППЭ в другую школу, поменяли организаторов.

В 2003 году попыток влиять на результаты ЕГЭ, серьезных нарушений инструкции наблюдатели в Самарской области не обнаружили. И это при том, что на многих пунктах присутствовали дополнительные члены государственной экзаменационной комиссии, а на экзамен по математике приезжали 60 инспекторов из Оренбуржья.

Плюс-минус гибкость

Рассказывает Владимир Чупин, руководитель Самарского регионального центра мониторинга в образовании:
– По результатам прошлого года мы направили в Центр тестирования пакет предложений, который касался, во-первых, содержания и структуры КИМов, во-вторых, комплектации компьютерного оборудования для обработки результатов ЕГЭ, в-третьих, программного обеспечения. Подавляющее большинство предложений по КИМам было учтено (то же отмечают и председатели предметных комиссий. – Прим. О.К.). По техническому комплексу – нет, к сожалению. Но основная проблема все же не в качестве техники, а в программном обеспечении. Часть проблем связана с тем, что его обкатка проводится на малых массивах информации, а работа с большими выявляет типичные и нетипичные сбои, которые нужно устранять прямо в то время, как ведется обработка бланков детских работ.

Сопровождение программного комплекса – одна из самых серьезных проблем в период обработки результатов ЕГЭ. Осуществить его могут фактически только сами разработчики программного обеспечения, то есть специалисты Центра тестирования и фирм-поставщиков. Регион лишь обращается с запросами и предложениями.
В этом году во время обработки результатов по русскому языку (речь идет о сканировании бланков с ответами на задания части А и В) самарцы столкнулись с нетипичным сбоем в работе программы. После того как были подготовлены файлы по 20 000 бланков, программа посчитала все эти материалы – уже обработанные – необработанными. Объяснить, почему это происходит, в регионе не могли, потому что маршрута движения информации внутри пакета программ у РЦМО нет и быть не должно.
На первое обращение получили ответ: подобная ситуация не возникла больше ни у кого, делать ничего не будем.
Но каждый час промедления – это будущий аврал или задержка сдачи материалов. Самарцы настаивали.
Переговоры продолжались. Выяснилось, что больше ни один регион и не имел более 20 000 работ по русскому языку. Специалисты фирмы-поставщика начали поиск решения проблемы, который длился 10 часов. В конечном счете был найден вариант, который сработал. На другой день обнаружилась новая ошибка, но ответ был: “Мы не работаем сегодня, обращайтесь завтра”.
Спустя несколько дней при обработке бланков по математике регион не только не выбился из графика, но и опередил его – воспользовались уже найденным решением.
Владимир Чупин:
– Простой способ, который позволил бы не плодить, не дублировать ошибки, – это создание специального раздела (форума, своеобразной энциклопедии) на служебном сайте ЕГЭ. Но это, видимо, дело будущего, а пока мы используем личные контакты, например томичи выручили нас в двух ситуациях, с которыми столкнулись раньше, чем мы.

Плюс-минус компетентность

Экзамен – это проверка выпускников на компетентность. Его подготовка и проведение – проверка на компетентность взрослых. Прошлогодний ЕГЭ сразу обозначил низкий уровень знаний... учителей. Уж поверьте, не только в Самарском регионе.
Говорит Геннадий Клековкин, председатель предметной комиссии по математике, преподаватель вуза:
– Этой весной для детей мы составили специальную контрольную работу, задания которой соответствовали формату заданий части С единого государственного экзамена. Заложили именно те виды заданий, в которых ребята ошибаются чаще всего. А когда предлагали ту же контрольную учителям, они попадали в расставленные капканы. Можно сказать, отрадно, что теперь всем учителям придется уметь решать нестандартные задачи.
Эксперты, проверяющие детские работы в части С, – это в основном те же учителя. Лишь отдельные предметные комиссии могут похвастаться значительным количеством вузовских преподавателей в своем составе.
Наталья Крылова:
– Учителя с трудом привыкают работать по единым критериям. Вот ситуация: деловая игра, проверка работ по математике. Написано: при наличии одного графика выставляется 2 балла, двух – 3. Эксперт видит один график и восклицает: «Ой, какой красивый, давайте поставим “3”». Выход один: учить экспертов как можно интенсивнее.

Несмотря на всю подготовку, доля работ, попадающих на перепроверку к третьему эксперту, уже на самом ЕГЭ-2003 составила по некоторым предметам до 25% от общего числа работ. Ситуация опять же характерная не только для Самарской области. (Работа попадает на перепроверку, если в оценке заданий двое первых экспертов разошлись более чем на 2 балла или если кто-то из экспертов получил низкий рейтинг доверия по специальной компьютерной программе.)
По мнению руководителей эксперимента в регионе, результаты ЕГЭ не должны становиться кнутом для наказания учителя. Они – предмет анализа и поиска ответов на вопросы: какие темы в предмете оказались для выпускников самыми сложными, над чем и как нужно работать с теми, кому сдавать ЕГЭ через год. Или даже через два.
– Поначалу люди на местах задают только один вопрос: “Что мы должны делать?” – они осваивают новую для себя процедуру проведения экзаменационных испытаний. Потом появляются вопросы, касающиеся взаимодействия с региональным центром обработки информации, Министерством образования. Исполнители интересуются, почему принято то или иное решение, на что влияет такой-то документ, что можно изменить, – говорит Владимир Чупин.

Человеческий фактор

Самарцы рассказывают:
– Столкнулись с проблемой ошибочных результатов. Прошел первый экзамен, на техническом сайте появились результаты, которые были выданы в территории. Вдруг начали поступать звонки: у ребенка не тот вариант, что указан в полученных бумагах. Стали созваниваться с министерством, оттуда пришло письмо о том, что у них принята другая система вариантов и ее ошибочно выставили детям. Наконец, прислали новую базу данных, в которой частично поменялись и результаты.
Другой случай:
– Уже начали обработку результатов по физике. Ответственные эксперты решают задания (мы всегда так делаем перед проверкой) и... обнаруживают ошибку. Снова звонок в Москву.
Огрехи встречаются и в регионе. Эксперт, заполняя тридцатый лист протокола, неверно указывает одну из цифр своего индивидуального кода. После обработки бланков компьютер сообщает, что допущена ошибка, эксперта под таким-то номером не существует.
Владимир Чупин:
– Накладки с обеих сторон неизбежны. Мы все работаем в тяжелом режиме. Но при этом создается впечатление, что схема, предложенная Центром тестирования, рассчитана только на идеальную ситуацию, на работу без сбоев. Например, сообщение об ошибке в том же коде эксперта программа выдает только после обработки всего массива бланков, хотя нам было бы проще исправить ее сразу после обработки одного “неправильного”.
Алексей Щелков, заместитель председателя предметной комиссии по истории России:
– Существующая технология подготовки и проведения ЕГЭ не учитывает того простого факта, что люди, привлеченные к этому, работают где-то еще. Иной раз человек рад бы пойти на тренинг экспертов, но у него уроки или сессия.
Технологии не бывают безупречны. Другое дело, сохраняют ли их разработчики и пользователи взаимное уважение, ту самую толерантность, которую нам так хочется воспитать в детях.


Ваше мнение

Мы будем благодарны, если Вы найдете время высказать свое мнение о данной статье, свое впечатление от нее. Спасибо.

"Первое сентября"