Главная страница ИД «Первого сентября»Главная страница газеты «Первое сентября»Содержание №18/2003

Первая тетрадь. Политика образования

СЕЛЬСКАЯ ШКОЛА 
 

Светлана КИРИЛЛОВА

Памятник неизвестному учителю

Дети получают образование в сельской школе, чтобы больше никогда не возвращаться в село

Заблудились

Каждому из нас случалось заблудиться. Но не каждому случалось заблудиться в той глуши, где четыреста лет назад костромской крестьянин Иван Сусанин утопил в болоте вооруженный до зубов польский отряд…
…Увидев вдали знакомую с детства колокольню, я напрягла память.
«Почему мне знакома эта церковь? – спросила я. – Ведь я здесь впервые».
«Это картина Саврасова “Грачи прилетели”, – прокомментировал шофер. – Она написана здесь, в селе Сусанине».
Ожившее полотно «Грачи прилетели» было последним, что мы сумели разглядеть среди костромских лесов, которые, как известно, стали местом действия оперы Глинки «Жизнь за царя» (в советском прокате – «Иван Сусанин»). Здесь фары автомобиля могут высветить бегущего вдоль дороги экспортного пушного зверя, не подозревающего о цене своей шубы. Деловые люди со всей России наведываются в эти сумрачные места на охоту. Передвижение по окрестностям связано с определенным риском. До апреля по маршруту Ивана Сусанина лежат глубокие снега. Невесты в белой фате приезжают в эту глушь из Костромы, чтобы возложить цветы к камню, на месте которого поляки зарубили героического старосту села Домнина. Трактор, пыхтя, ползет в снегу впереди новобрачных, расчищая им дорогу к мемориалу. Невесты выпивают с женихами шампанского, разбивают бутылку о камень и возвращаются в Кострому. Возвращаются засветло, потому что зимней ночью в окрестностях страшно.
...Мы не сразу поняли, что заблудились. Через три четверти часа темнеет. Проблуждав еще немного, въезжаем в населенный пункт, едва обозначенный на картах. Машина застревает в сугробе. Дальше приходится идти пешком, разгребая снег руками. Выясняется: нас занесло в село Андреевское Сусанинского района. Старая церковь с кладбищем, закопченный клуб советских времен. Типовое, изрядно обветшавшее за три десятилетия здание школы.
– В школу, греться! – советуют мне. – У школы автономная котельная. Директор разбирается в котлах и мазуте лучше любого кочегара.

Сокровищница

Встречает нас пожилая женщина с волосами, аккуратно заплетенными в косичку. «Не смотрите на наши черные стены: это битумная крыша протекла, – говорит мне директор Андреевской средней школы Татьяна Малышева. – На ремонт у района пока нет денег. Но нашими стараниями в школе тепло. А в костромском крае до начала апреля снег и холод».
В кабинете у Татьяны Михайловны полки забиты томами. Драйзер, Ростан, Горький. Чехов, Державин, Пастернак, Астафьев, Рубцов... «Удивляетесь, откуда у бедной школы такое собрание? – улыбается она. – В районе закрываются предприятия. В каждом из них в советское время была библиотека. Вот мы и забираем книги... Школьная библиотека насчитывает уже несколько тысяч томов».
Библиотека занимает огромное помещение. На стеллажах выставлены книги по истории культуры, по литературе и философии. Вся классика для уроков литературы. Весь Пушкин и Лермонтов. Глаз притягивают потрепанные Шопенгауэр и Бердяев. «Дети читают?» – удивляюсь я. «Не только! – немножко сердится директор затерянной в лесах школы. – Учителя читают тоже!»
Читать в селе Андреевском, если не считать школьной библиотеки, в общем, нечего. Правда, библиотека школы – выше всех похвал, найти в ней можно все. Отсюда все село берет книги. Но дети есть дети. Они, как поведали мне учительницы, любят почитать и детективы, и книжки в жанре фэнтэзи. Да и сами учительницы на досуге с удовольствием погружаются в судьбу детективных инспекторов и ловких преступников. В отличие от своих городских коллег они вовсе не испытывают неловкости за то, что тратят время на изучение приключений Насти Каменской или Даши Васильевой. Детективные книжки для них – почти экзотика. Достать их можно только на рынке в соседнем селе. Там торгуют не только одеждой, обувью, галантереей и электроприборами, но и книгами, на обложках которых изображены дивы с пистолетами или инопланетные чудовища. В таком обличье до костромского села Андреевского доползает масс-культура больших городов.

Невезуха

Андреевской средней школе не везет. И не потому, что протекла крыша. Заместитель главы областного управления образования Анатолий Драничников потом объяснил мне, что такая история приключилась со многими школами в области: типовой проект был на редкость неудачен. И не потому не везет, что в Андреевском снесли красивое здание, в котором школа жила почти сто лет, и взамен предложили дрянную коробку. Дело в том, что Андреевская школа совсем маленькая (в среднем по пять человек в каждом классе). Благодаря этой особенности она выпадает практически из любой образовательной статистики Костромской области.
Пока мы пьем чай с учителями, расспрашиваю их, как складываются судьбы выпускников школы. Где они работают? Пытаются ли поступать в вузы Костромы?
– Да среди наших выпускников становятся студентами семьдесят процентов, – ответили мне.
– В переводе на русский это сколько?
– Семь человек в год, – призналась, порозовев, молодая учительница русского языка Ирина Малышева.
Если в высшее учебное заведение поступают 60 процентов выпускников, школа считается блестящей. Таких школ мало даже в крупных университетских городах. Зато в сельских школах разных регионов России такие результаты встречаются нередко.
Позднее, в Москве, мне рассказали одну подробность. На протяжении пяти лет представители ныне прекратившего свою деятельность в России Фонда Сороса раздавали студентам-выпускникам российских вузов особые анкеты. В них вчерашним школьникам предлагалось: «Назовите своего учителя химии, физики, математики, биологии, которые пользовались бы вашим уважением, обладали высокими профессиональными и личными качествами».
Результаты подсчитывались. Если определенное число студентов признавалось в любви к одному и тому же кандидату, учителю давали стипендию в несколько тысяч долларов. За пять лет 5232 сельских учителя получили такую стипендию и стали известны педагогической общественности. Многие из этих учителей работают в сельских школах, например, в поселке Лежнево Ивановской области.
А вот учителям села Андреевское не повезло. У андреевцев в школе так мало выпускников, что их голоса не могут стать решающими в определении учителя-кандидата. Зато имена лучших учителей Андреевской школы каждый год перечислялись в анналах Фонда Сороса. Имена Галины Бойковой и Татьяны Никольской – учителей математики, Ираиды Пименовой – учителя биологии, Алевтины Смирновой – учителя химии и Владимира Шапкина – учителя физики. «Для того чтобы они стали соросовскими учителями и получили крупную стипендию, им не хватило всего двух-трех голосов. Ведь в этой школе очень мало выпускников. «Такая демографическая ситуация в селе, – сообщили мне тогда, почти извиняясь, в Фонде Сороса. – Но что поделаешь – конкурс есть конкурс...»

Не сдаваться

«Когда из десяти выпускников в вузы поступают семь – это уникальный результат учительского труда. Откуда у ваших учеников такая любовь к знаниям?» – спросила я у учителей Андреевской школы. «Им не хочется здесь оставаться», – честно ответили учителя.
Мне припомнилась иван-сусанинская глушь вокруг дороги, и покосившаяся церковь, и полусгнивший сельский клуб, и снежные заносы в человеческий рост, окружавшие село Андреевское. Желание сельских школьников увидеть другую жизнь показалось мне достойным всяческого уважения.
«А вы сами почему решили приехать сюда?» – задала я учительницам еще более опасный вопрос.
«Мы все здешние. Конечно, зарплата маленькая. Но с подсобным хозяйством можно справиться. Молодая учительница приезжает в село, через год осваивается, заводит корову, поросеночка... Если откормить поросеночка в сто кило и продать мясо по пятьдесят рублей за килограмм...» «Поросеночек в сто кило – это свинья», – не без испуга уточнила я. «Правильно. Но у нас так говорится: поросеночек».
Каждый день учительницы идут в класс, где перед ними сидят пять детей. Преподавать предмет классу в двадцать человек может любой выпускник педвуза. Это называется: работать по методике. Преподавать тот же предмет пятерым ученикам может только педагог от Бога. Этому в педвузе не учат. Это талант.
«Родители в Москве готовы платить большие деньги за такое образование, которое даете вы», – сказала я.
«Нам бы крышу починить», – ответили мне.
Село Андреевское, затерянное в костромских лесах, с каждым годом пустеет. Учителя привели детей к тем целям, которые были ими поставлены. Блестяще образованные выпускники школы устраиваются на работу в областном городе. В село они не возвращаются. Им там делать нечего.
Детей в селе рожать тоже некому.
В перспективе – закрытие Андреевской средней школы.
...И когда мы выбираемся на шоссе и наконец находим дорогу обратно в Кострому, монумент Ивану Сусанину высится в снегах как памятник неизвестному учителю.


Ваше мнение

Мы будем благодарны, если Вы найдете время высказать свое мнение о данной статье, свое впечатление от нее. Спасибо.

"Первое сентября"