Главная страница ИД «Первого сентября»Главная страница газеты «Первое сентября»Содержание №91/2001

Вторая тетрадь. Школьное дело

УЧЕБНИКИ

Что за прелесть эта математика!

Фокин Б.Д. Арифметика:
Сборник занимательных задач для 6 класса. Часть II. –
М.: АРКТИ, 2000. – 144 с. (Метод. биб-ка)

Данное пособие – яркий представитель развлекательного направления в обучении. Количество персонажей, перечисленных в задачах, сделает честь любому учебнику литературы. Столь же велико разнообразие литературных приемов, владение которыми демонстрирует автор. “Идет утром Федя в школу, скукожился”. Это не Драгунский и не Носов – это первое предложение параграфа “Сравнение чисел”. Занимательно? Без сомнения. “Мышка бежала, хвостиком махнула. Яичко упало и разбилось”. Читая эти бессмертные строки из задачи, которую предлагается решать методом “решета Эратосфена”, я думал, не слишком ли смело – такой серьезный алгоритм для первоклассника. Однако, более внимательно вглядевшись в атрибуты книги, набранные мелким шрифтом на второй странице, я понял, что смелость здесь скорее художественная, нежели математическая, ибо данное пособие предназначено для учащихся 6 класса. Обратимся же к литературным достоинствам пособия. Вот стилизация: “Вышел Ашар на базар. У Ашара на 30 тыс. рублей товара...” Есть стихотворные образцы:

Собрался в дорогу Тишка,
Хлеба каравай под мышкой,
Не спеша себе идет,
Помаленьку хлеб жует.

Такая вот занимательная математика. Правда, складывается впечатление, что автор намерен увлечь шестиклассников математикой с помощью арсенала средств, полностью заимствованных из начальной школы. Но помня, что победителей не судят, перейдем к математическому аспекту пособия.
“...надо хорошо знать правила арифметических действий. А они такие разные! Запутаться недолго”. Что за прелесть эта математика! В одних арифметических действиях запутаешься! Может быть, так прямо и пояснить дезориентированному шестикласснику, что это за действия такие. Но в занимательной математике проблема решается иначе. “Когда зимняя вьюга заметает снегом дорогу, вдоль нее ставят вехи (шесты). ...Вот и мы, чтобы на первых порах не сбиваться, поставим себе вешки”. Далее на картинке некий атлет выжимает штангу, на грифе которой написано: “Вычитание заменяй сложением”. Конец параграфа. Возможно, кому-то штанга и помогает понять, что такое веха (или хотя бы шест), но предложение заменять вычитание сложением вряд ли распутает запутавшегося “на первых порах” в арифметических действиях шестиклассника.
Может, это вешки для опытного учителя? Но тогда ему нужно обратить самое серьезное внимание на предупреждение в предисловии: “Надо еще иметь смекалку. Не “пошевелишь мозгами” – пожалуй, и не догадаешься. Не бойтесь этих усилий. Это мозгам гимнастика”.
И это не пустые слова. Судите сами: “Николай с сыном и Петр с сыном были на рыбалке. Николай поймал столько же рыб, сколько его сын, а Петр – втрое больше, чем его сын. Всего было поймано 35 рыб. Сына Николая зовут Григорий. Как зовут сына Петра?” Призыв шевелить мозгами тем более актуален, что для подобного рода задач (как, впрочем, и всех остальных) автор задачника счел возможным привести только ответы (в данном случае ответ – “Николай Петрович”).
Поистине уникален школьный симбиоз двух столь различных предметов, как математика и литература. На уроке истории редко пользуются биологическими аналогиями, а в задачах по физике (даже для шестого класса) предметы падают вниз вовсе не потому, что их смахивает хвостиком мышка.
В чем же великая тайна математики, почему именно она нуждается в “развлекающих” персонажах, почему именно этот предмет располагает к активизации совсем было зарытых в землю литературных талантов? Здесь нужно вспомнить, как настойчиво уже со школьной скамьи насаждается идея, что математика, получив в утешение титул королевы всех наук, на самом деле играет роль их служанки. Дескать, она по чуть-чуть содержится и в химии, и в географии (вспомните, “В каждой науке столько истины, сколько в ней...”), служит для них в нужный момент инструментом, а то и просто языком, как в случае с физикой. То есть каждая наука что-то конкретное изучает, а математика своего предмета изучения не имеет, а является средством, эдаким калькулятором. Поэтому говорить о математике без упоминания незнаек, шерлок холмсов и чебурашек – это все равно, что говорить на языке без существительных, с одними местоимениями – скучно, не занимательно.
А что же за скучные люди занимаются математикой всю жизнь? Может быть, они тоже садятся за сухие формулы, только хорошенько начитавшись живительных литературных классиков?
И все-таки ситуация со школьной математикой не совсем уникальна. С содроганием вспоминаю я уроки музыки, где заботливый педагог пытался растолковать значение звуков в симфонии “Петя и волк” Прокофьева. Много раз ставилась пластинка, которую нам так и не суждено было дослушать до конца: через каждые две минуты звуки музыки прерывались подробными объяснениями их “смысла”. Вот идет Петя, за ним бежит волк, вот Петя от страха скукожился... Единственное, что оставалось неясным, – зачем композитор так сложно зашифровал немудреный сюжет. Решил поведать нам историю Пети – так написал бы хоть оперу.
Что может быть общего между математикой и музыкой, что провоцирует попытки делать их занимательными? Дело в том, что оба этих предмета имеют дело с объектами, которые “в карман не положишь”. Львиная доля информации поступает к нам через зрение, поэтому и язык наш (как средство общения учителя с учеником) ориентирован на описание видимых физических объектов. Можно было просто дать нам дослушать пластинку и отпустить по домам, но тогда учитель, спрашивается, зачем? Нужно ведь что-то сказать детям.
Музыку можно хотя бы услышать. Сложнее с математикой. Для ее восприятия нет соответствующего органа чувств. Математик имеет дело с гармонией особого рода. Это и заставляет людей искать доказательства существования математики в окружающем видимом мире.
Трудно поспорить с американским лозунгом “Обучение через развлечение”, как трудно спорить и с иными “цивилизованными” лозунгами. Однако, наблюдая за его практической реализацией, все сильнее хочется напомнить, что кроме права быть добавленным в обширный список средств по доставлению удовольствия обучение имеет традиционную обязанность чему-то учить.

Валерий ДОЛОТИН

Ваше мнение

Мы будем благодарны, если Вы найдете время высказать свое мнение о данной статье, свое впечатление от нее. Спасибо.

"Первое сентября"