Главная страница ИД «Первого сентября»Главная страница газеты «Первое сентября»Содержание №91/2001

Первая тетрадь. Политика образования

ШКОЛА И ВЛАСТЬ...

Александр АДАМСКИЙ

Образовательная политика должна стать инновационной

Не давая свободы школе, мы лишаем свободы самих себя

Было время, когда инновационное образование воспринималось как нечто диковинное.
Я помню, лет десять назад ректор одного института повышения квалификации мне выговаривал:
– Вы занимаетесь инновационностью своей – и ради Бога, а мы занимаемся серьезными делами – массовой школой. И это не шуточки…
А теперь нет ни одного института повышения квалификации, в котором не было бы стенда или кабинета, а то и кафедры по инновационной педагогике.
И все равно, особенно в последнее время, в кругах образовательного руководства инновационность по старинке воспринимается как довесок к чему-то главному, нагрузка к товарам первейшей необходимости.
– А по субботам у нас – инновационные школы обсуждают.
Когда Александра Тубельского после присуждения Школе самоопределения президентской премии в области образования за 2000 год спросили, что он считает одним из основных достижений последних лет, он сказал: «То, что инновационное образование перестало быть педагогическим андеграундом».
А мне в прошлом году в высоком министерском кабинете пеняли:
– Школу Тубельского надо закрыть, как и некоторые другие ваши фэпы и так называемые инновационные школы. Они ничему не учат, и показатели у них самые низкие.
А действительно, зачем нужны эти инновационные школы? И почему вдруг образовательная политика должна быть инновационной?

Нужна ли человеку свобода?

Предвижу, что большинству читателей этот вопрос покажется абсурдным:
– Правильно, давайте еще спросим, нужна ли человеку свобода творчества?
И тем не менее для школьников такая свобода не подразумевается. И как следствие этого – не подразумевается свобода и для школы.
Забегая вперед, могу предположить, что, не признавая школу свободной, нация, общество и государство не признают свободными и себя. Но я абсолютно убежден, что школа, современная школа, является самым вероятным проектом ближайшего будущего нашего общества и государства.
И хотя внешние признаки, эмпирика говорят о другом – мы видим лишь то, что видим. А реальное школьное Событие, как правило, скрыто от наших глаз. В этом месте я не могу отказать себе в удовольствии процитировать одно из рассуждений Иммануила Канта из «Критики чистого разума»: «…ничего не может быть более вредным ссылки на мнимо противоречащий опыт, которого в действительности вовсе не было бы, если бы учреждения были созданы в свое время согласно идеям, а не грубым понятиям, которые явились препятствием для всех добрых намерений именно потому, что были заимствованы из опыта».
Так и с нашей образовательной политикой, к сожалению. Она складывается из грубых и в полной мере эмпирических полаганий нашей управленческой элиты, для которой «мнимо противоречащий опыт» является главным аргументом.
Если мы убеждены в том, что для нормальной жизни человеку необходима свобода, значит, вектор образовательной политики обязательно должен быть направлен в сторону свободной школы, и сама она, школа, устремлена в будущее.
Свободная школа – это школа-проект. Не проект школы будущего, которое уже наступило, а почти наоборот – школа как проект будущего.
Никогда еще в истории образования не складывалась такая уникальная ситуация, чтобы школа – не университет, не лаборатория, в которую собрали со всего мира выдающихся ученых, – обычная школа становилась прототипом ближайшего будущего.
Это связано, конечно, в первую очередь с теми колоссальными изменениями в сторону открытости и с той фантастической скоростью, с которой происходят перемены в мире. Трагический день 11 сентября перевернул наши представления о возможном и невозможном. И можем ли мы сегодня учить детей тому, каков мир на самом деле.
Что делать? Не доверять своим знаниям? Отказаться от миссии учителя?
…Или выбрать путь более рискованный и ответственный – не рассказывать о том, каким должен быть мир, а создавать его здесь и сейчас, в классной комнате. Свободный учитель – свободный ученик – единственно возможная формула сотрудничества.
И единственная помеха такому проекту – образовательная политика, по-прежнему строящаяся на вчерашних ожиданиях от школы.
– Даешь качество обучения!
– Выше показатели успеваемости!
– Поднимай процент поступаемости в вуз!
Как будто поступаемость в вуз сегодня зависит от успеваемости или других школьных показателей.

Часто бывая на различного рода заседаниях и конференциях, слушаниях и семинарах, приходится удивляться простоте суждений, на которых строится наша образовательная политика.
Когда, например, обсуждается 12-летка или цели образования и качество образования, проекты единого экзамена или развития инновационного образования, то вдруг совершенно неожиданно доктора наук, академики и профессора, философы, математики и историки превращаются в завсегдатаев пролетарской курилки и начинают говорить на простом и понятном житейском языке.
Известный современный философ Феликс Михайлов в недавно вышедшей книге о философии образования (и не только) пишет, что «теории образования (их много) не имеют фундаментальной основы». И дает блестящий портрет предметности сегодняшней школы, точнее, потери этой предметности. А глубокий кризис системы образования, с точки зрения академика Михайлова, как раз и связан с ее отсутствием при формальном сохранении набора учебных предметов. Мне кажется, что именно такой рефлексивной критики эмпиризма, выявления мировоззренческих оснований образования вообще и образовательной политики в частности и не хватает в любом обсуждении проблем современной школы.
Почему-то стало модным игнорировать «высокий стиль» и обсуждать образование на уровне бытового понимания: 12-летка для разгрузки учеников (хотя на самом деле никакой разгрузки без изменения предметности не бывает), единый экзамен для несчастной девочки из Якутии (недавно был там – все смеются над этой псевдометафорой), а уж в области экономики образования – хоть караул кричи. Одни и те же люди изо всех сил стремятся и бесплатность образования сохранить, и высокую зарплату учителю обеспечить.
И на самом деле от того, что о судьбе российской школы говорят на таком уровне понимания, становится жутко.
…Рискуя быть неуслышанным, все же хочу заявить: образовательная политика в России может и должна стать инновационной.
Рассказывают, что однажды Мераба Мамардашвили пригласили читать лекцию аспирантам-психологам. После лекции один из них подошел к Мастеру и сказал: «Воля ваша, Мераб Константинович, но непонятно мне было…»
Ответ философа:
– А не было такой задачи, голубчик…


Ваше мнение

Мы будем благодарны, если Вы найдете время высказать свое мнение о данной статье, свое впечатление от нее. Спасибо.

"Первое сентября"