Главная страница ИД «Первого сентября»Главная страница газеты «Первое сентября»Содержание №75/2001

Вторая тетрадь. Школьное дело

Возвращенный Веселовский


Веселовский А.Н.
Мерлин и Соломон.
М.: ЭКСМО-Пресс; СПб.: Terra Fantastica, 2001

Произведения одного из основоположников современной филологической науки, академика Александра Веселовского, в советское время не переиздавались 50 лет – с 1940 года до конца 80-х. Нынешний том избранных трудов, вышедший в серии издательства «ЭКСМО» «Антология мысли», представляет собой наиболее полное собрание работ этого ученого-классика, вышедшее в России за последнее десятилетие. Сюда вошли лекции по исторической поэтике и монографические исследования «Мерлин и Соломон», где сравниваются славянские сказания о Соломоне и Китоврасе и западные легенды о Морольфе и Мерлине, «Противоречия итальянского Возрождения» и «В поисках Грааля». Чем же не угодил Алексей Николаевич советской власти? По всей вероятности, посмертно он стал жертвой борьбы с «космополитизмом», несмотря на свое чисто восточнославянское этническое происхождение. Дело в том, что Веселовский основные свои работы посвятил сравнению мировых литератур и доказывал, что русская литература совсем не столь самобытна и не подвержена иностранным влияниям, как это принято было считать в эпоху борьбы за «русский приоритет» во всех отраслях науки и культуры. Автор, к сожалению, так и незавершенной «Исторической поэтики» полагал, что «русская литература не развивалась органически, как развивалась, например, греческая литература, в истории которой смена литературных родов и форм в их преемственности, в их взаимной обусловленности выдается наиболее рельефно». Это объясняется тем, что отечественная литература подвергалась влиянию более развитых и древних европейских литератур, тогда как греческая не имела сравнимых с ней источников влияния. Подобные выводы огорчали как современных Александру Николаевичу славянофилов, так и ура-патриотов более позднего времени. Как отмечал в свое время В.М.Жирмунский, для Веселовского не существует привилегированных народов и литератур». Александр Николаевич подчеркивал, что «всякий поэт, Шекспир или кто другой, вступает в область готового поэтического слова, он связан интересом к известным сюжетам, входит в колею поэтической моды, наконец, он является в такую пору, когда развит тот или иной поэтический род. Чтобы определить степень его личного почина, мы должны проследить наперед историю того, чем он орудует в своем творчестве». Веселовский едва ли не первым в мире сумел с успехом заложить научное основание под литературоведение и придать более объективный характер исследованию творчества отдельных писателей.
Следует отметить, что Веселовский первым указал на то, что усложнение эпитетов указывает на более молодой возраст поэтических текстов: «Признаком более позднего происхождения… может служить накопление сравнений, указывающее уже на излишнее богатство, на возможность выбора и, стало быть, на участие личного анализа». При этом он не пытался «поднять завесу, скрывающую от нас тайны личного творчества, которыми орудуют эстетики и которые подлежат, скорее, ведению психологов». Веселовский также первым ввел понятие «социального заказа» в литературе, задолго до того, как большевики попытались осуществить его в государственном масштабе: «Между сюжетом и течением идей есть внутренняя связь, и в литературе играют роль спрос и предложение… Литературный спрос определяет выбор поэта в отношении к тому или другому сюжету».
Ученый был уверен в том, что в истории человечества «переход совершился не от мифа к эпосу, а от эпоса к тому, что назовется впоследствии мифом. Вопрос о сходстве сюжетов у разных народов не может быть решен гипотезой мифологической школы, так как сходство не исчерпывается пределами одной арийской расы. Равным образом и теория заимствования неприложима к тем случаям, когда о заимствовании не может быть и речи. Остается признать, что простейшие формы сказки служат простейшими образами психических актов постольку, поскольку известная схема слова дана для выражения понятия. Но не всякая сказка древнее мифа, так как она могла явиться и раньше его и после… Вопрос сводится к необходимости построить морфологию сказки». Эту задачу выполнил один из учеников Веселовского, Владимир Пропп, в «Морфологии волшебной сказки» доказавший, что все древнейшие сказки в конечном счете имеют один и тот же сюжет. Таким образом, мысль Веселовского об отражении в сказке простейших психологических актов получила блестящее подтверждение. Также в пользу этой гипотезы говорит преобладание троичности в человеческом мышлении, о чем в начале XX века писали П.А.Флоренский, С.Н.Булгаков и Д.С.Мережковский. Эта троичность восходит к выявленной асимметрии функций полушарий головного мозга человека. Окружающую действительность человек воспринимает как трехсоставную, что отражается и в простейших и первичных родах литературы.

Борис Соколов

Ваше мнение

Мы будем благодарны, если Вы найдете время высказать свое мнение о данной статье, свое впечатление от нее. Спасибо.

"Первое сентября"