Главная страница ИД «Первого сентября»Главная страница газеты «Первое сентября»Содержание №75/2001

Вторая тетрадь. Школьное дело

Как нам обустроить вариативность?

Вариативность призвали к порядку

На коллегии Минобразования, состоявшейся 12 октября, были представлены новые концептуальные подходы к формированию Федерального перечня и Федерального каталога учебных изданий общего среднего образования. Задачи намечаемой реформы, как заявлено в проекте министерского документа, – “сохранить принцип вариативности, дать четкие ориентиры учителям и обеспечить целенаправленное использование средств, выделяемых региональными и муниципальными бюджетами на приобретение учебников”.

Ну очень большой перечень!

Многообразие учебной литературы, или “многоженство по учебникам”, как образно охарактеризовал это явление начальник Главного управления образования Оренбургской области Исаак Калина, стало возможным в эпоху рыночной экономики и расцвета частной инициативы.
Сегодня 55 издательств выпускают учебную литературу, которая входит в Федеральный перечень учебных изданий, рекомендованных Минобразования России на 2001/2002 учебный год. В последнее время все чаще звучат призывы к его сокращению – на том основании, что учителям все труднее ориентироваться в море предлагаемых им книг, количество которых якобы не переходит в качество. Самые ретивые поборники учительских прав настойчиво предлагают вернуться к одному базовому учебнику по каждому предмету, с тем чтобы этот немудрящий комплект гарантированно финансировался из бюджетных средств.
Действительно ли главный школьный путеводитель по учебникам страдает “избыточным весом”? В Перечне 2001–2002 гг. – 1190 наименований. Цифра весьма значительная и на первый взгляд даже пугающая, если не посмотреть внимательно, из каких компонентов она складывается. Так, для учреждений дошкольного образования предназначено 85 учебников, начального – 319, основного общего и среднего (полного) образования – 666, для специальных (коррекционных) образовательных учреждений – 99, национальных школ – 42.
Основанием для разговоров о перегруженности ФП служит и тот факт, что наряду с учебниками в перечень включены хрестоматии, задачники и другие пособия. С учетом того, что современная школа отличается многопредметностью, документ включает наименования книг не только по базовым, но и факультативным учебным курсам, реализующим региональный и школьный компоненты.
Имеет под собой реальную почву и критические нарекания по поводу наличия в ФП большого количества дублирующих друг друга книг. Дело в том, что до сих пор действует Закон “Об авторских и смежных правах”, согласно которому учебник считается новым, если четверть его содержания изменена по сравнению с прежним. Однако по свидетельству специалистов порой бывает очень трудно определить степень новизны, поэтому в школу попадают “разные” буквари одних и тех же авторов, отличающиеся друг от друга только тем, что в одном из них рассказывается про Машу, которая ела кашу, а во втором про маму, которая мыла раму.
Наконец, решающим сигналом к оптимизации Перечня послужило обсуждение учебников по истории на заседании правительства 30 августа нынешнего года.
Однако истинная причина наступления на вариативность – это отсутствие средств в региональных и муниципальных бюджетах.
Вот краткий экскурс к истокам проблемы.

Арифметика пустых кошельков

В соответствии с распоряжением Правительства РФ от 21.07.97 №1022-р обеспечение образовательных учреждений учебной литературой целиком возложено на региональные бюджеты.
В 2001 году на эти цели в бюджетах субъектов РФ было запланировано 1247,6 млн руб., по данным на 25 августа с.г. – выделено 853,2 млн руб. Для сравнения: в минувшем году было запланировано 566,3 млн руб., профинансировано по факту – 345,9 млн рублей. Примечательно, что почти такая же сумма – 350 млн рублей – запланирована на закупку учебной литературы в нынешнем году в бюджете Москвы, на протяжении многих лет лидирующей в этой сфере не только по плановым показателям, но и по их стопроцентной выполняемости.
По данным Минобразования, уровень обеспеченности учебной литературой на 1 сентября нынешнего года составляет 85%, начальной школы – 90%. Эти цифры даны с учетом существующих фондов учебной литературы в школьных библиотеках и всего, что закупалось за родительские средства.
Как показывает социологическое исследование, проведенное по заказу Минобразования на средства Мирового банка в 5 российских регионах, около 30% школ Воронежской области и 19,3% школ в Ростовской области вообще не получали бесплатных учебников в течение последних пяти лет. Во всех обследованных территориях доля учебников, купленных на родительские средства, составляет от 11 до 73%! Случаи спонсорской помощи оказались единичными.
На уровне каждого региона разработаны программы обеспечения учебной литературой, но суть их в большинстве территорий одинакова: на средства регионального и муниципального бюджетов в первую очередь обеспечиваются социально незащищенные категории учащихся, в том числе воспитанники домов-интернатов. Однако из-за дефицита средств им, как и многим их “благополучным” сверстникам, приходится довольствоваться морально и физически устаревшими книжками из библиотечных фондов. Иногда школьные библиотеки того или иного региона производят взаимовыгодные обмены учебной литературой.

Святое неведение

В последнее время руководители управлений образования некоторых регионов, в обязанности которых входит сбор заявок со школ на приобретение учебной литературы, вынуждены были по собственному усмотрению оптимизировать Перечень, чтобы предельно упростить и удешевить процесс закупок. (Чем меньше число наименований учебной литературы и больше тираж, тем ниже их стоимость.) Рядовые учителя, особенно в глубинке, об этом, как правило, даже не догадываются из-за малодоступности сведений о книжных новинках. Судите сами: информационные центры учебного книгоиздания, созданные в регионах, не в состоянии охватить всех учителей, интернет имеется далеко не во всех школах, аннотированные каталоги наподобие “Российских учебников” – тоже в дефиците, а сам Федеральный перечень, не содержащий, кстати, никаких аннотаций, рассылается только по органам управления образованием. Методисты и авторы издательств, занимающихся выпуском учебной литературы, ведут активную работу с педагогами, выезжая с лекциями, семинарами, курсами в самые отдаленные уголки страны, но совершенно очевидно, что усилий пусть даже могучих, но все-таки “кучек” недостаточно для того, чтобы решить столь глобальную проблему.
Даже в благополучных регионах, в которых на приобретение учебников выделяются большие средства, литература закупается часто без учета мнения учителей. Школьные библиотеки завалены до потолка невостребованными книжными новинками и наглядными пособиями, а необходимые, с точки зрения педагогов, учебники покупают... сами родители. В этом смысле ситуация в Москве порой не отличается от ситуации на периферии. Преподаватель географии одной столичной школы признался, что политическими картами Африки он мог бы обклеить 10 школ, а столь необходимая ему для нормальной работы карта России в его арсенале отсутствует.

В чем состоит суть реформы?

Предполагается, что перечень сократится как минимум наполовину.
Прежде всего за счет изменения структуры.
Предлагается выделить только три раздела: начальное, основное общее и среднее полное образование.
При этом каждая система обучения в начальной школе (традиционная, Д.Эльконина–В.Давыдова и Л.Занкова) будет обеспечена соответствующими комплектами учебной литературы. Учебники по разным предметам для 1–4 классов должны быть объединены общими концептуальными подходами, позволяющими составить из них полноценный комплект, а не случайный набор по принципу “кто в лес, кто по дрова”.
Раздел “Среднее (полное) общее образование” включает учебники, обеспечивающие общеобразовательный уровень подготовки и профильное обучение.
По всем трем уровням в новом документе останутся только учебники, а для начальной школы еще рабочие тетради и прописи.
Отбор изданий для обновленного ФП будет осуществляться по строгим критериям, ключевым из которых станет соответствие государственным образовательным стандартам.
Из остальных назовем лишь наиболее важные.
Все издания должны представлять единую и завершенную содержательную предметную линию, которая бы позволила обеспечить преемственность между разными ступенями образования. При этом каждое издание должно иметь “программно-методический шлейф” и реализовывать федеральный компонент базисного учебного плана.
Учебники для факультативных курсов – “Политологии”, “Истории религии”, а также задачники, хрестоматии, методические пособия попадут в аннотированный Федеральный каталог. Задача этого документа – наиболее полно информировать педагогов об учебной литературе, рекомендованной или допущенной Минобразования для изучения в школе.
На первый взгляд ясная, прозрачная позиция министерства в одном из самых судьбоносных, как отмечали участники коллегии, вопросов образования не должна была вызвать особых сомнений. И тем не менее, несмотря на сдержанный тон обсуждения, даже заместитель министра образования Виктор Болотов, ратующий за “нормализацию” вариативности, назвал некоторые тезисы нового Положения о Федеральном перечне излишне жесткими, а генеральный директор издательства “Вита-ПРЕСС” Людмила Антонова охарактеризовала документ как “самый тяжелый документ за последние 10 лет”.
Что же не устраивает специалистов?

Горячие точки дискуссии

Прежде всего вызывает сомнение идея об исключении из Перечня раздела “Дошкольное образование”, что может привести к нарушению преемственности между детским садом и начальной школой.
По мнению главного редактора издательства “Просвещение” Маргариты Леонтьевой, включение в ФП только учебников приведет к тому, что за рамками документа останутся очень важные пособия, реализующие федеральный компонент БУПа, например сборники задач по итоговой аттестации выпускников. За бортом окажутся книги сложного, смешанного жанра, такие как учебник-хрестоматия для национальных школ по литературе (5–6 классы).
Виктора Болотова тревожит то, что за рамками Перечня останутся учебники по информатике, иностранным языкам в начальной школе и другим новым курсам, по которым еще нет завершенной линии учебников. Но ведь именно с изучением этих дисциплин сегодня принято связывать модернизацию образования.
В то же время заместитель министра считает, что следует произвести ревизию учебников по праву, экономике, граждановедению, многие из которых не выдерживают никакой критики, хотя имеют гриф Минобразования.
Разделение учебных изданий по двум официальным документам не простая акция. Очевидно, что Перечень станет негласным руководством для регионов в плане того, какая литература должна закупаться за бюджетные средства в первую очередь. Главным знаком качества станет со временем гриф “Рекомендовано...”, который присуждается, как известно, апробированным учебникам, доказавшим свою востребованность в школе.
Однако в ближайшие два года переходного периода составить Перечень только из рекомендованных учебников, как на этом настаивает министр образования Владимир Филиппов, не удастся.

Главный книжный “лейбл”

Дело в том, что 75% изданий, включенных в Перечень, имеют гриф “Допущено...” и только четверть – “Рекомендовано...”. У издательств не было особого стимула двигаться от грифа “Допущено” к грифу “Рекомендовано”, поскольку наличие того или другого давало в общем-то равные шансы на “теплое местечко” в ФП, хотя быть “рекомендованным” всегда было почетнее и, главное, надежнее. По словам первого заместителя министра Александра Киселева, в последнее время гриф служит своего рода “охранной грамотой издателям, гарантирующей им компенсацию средств, затраченных на выпуск учебника”. В советские времена апробация нового учебника занимала не менее 10 лет. В последние годы этот срок сократился вдвое: через пять лет учебникам с грифом “Допущено...”, которые широко использовались в школе и в течение этого периода не получали рекламаций со стороны педагогов, присуждался престижный лейбл “Рекомендовано...”.
Отныне согласно новой министерской концепции на эту процедуру отводится один год при условии охвата не менее 500 учащихся в школах разных регионов.
Станет более строгой и процедура присуждения грифа “Допущено...” – так, предлагается на первом этапе проводить предварительную оценку рукописи учебника, и только после этого – его оригинал-макета. Примечательно, что предварительная экспертиза станет прерогативой общественных экспертов “из числа высококвалифицированных специалистов” (цитата из министерского документа), выбираемых по представлению ВАКа, РАН, РАО, ИПКРО и других организаций и учреждений научно-образовательной отрасли. В роли экспертов не могут выступать авторы учебных изданий и сотрудники Минобразования.
Представители издательств выступают за ужесточение требований к экспертизе собственной продукции и за привлечение общественных экспертов из числа педагогов и методистов региональных институтов повышения квалификации.
По убеждению Маргариты Леонтьевой, причины того, что в школы попадают плохие учебники, кроются не в их избыточном количестве, а в нынешнем положении дел с экспертизой изданий, и если она останется такой же, то перечень будет разрастаться несмотря ни на что. “Если будет жесткая тяжелая экспертиза, то больше трех учебников по одному предмету в Перечень не наберется, хотя, например, по испанскому, немецкому языкам, некоторым другим дисциплинам, как известно, наблюдается даже нехватка учебников”, – считает Маргарита Романовна.

Опасная ностальгия

Однако на необходимости регламентировать количество книг по тому или иному предмету настаивает Владимир Филиппов, который сравнивает использование в школе учебников с грифом “Допущено” с употреблением новых, неапробированных лекарств. Только если лекарства наносят вред физическому здоровью, то плохие учебники – нравственному. Поэтому в интересах детей, по мнению министра образования, можно пожертвовать интересами издателей, авторов... и даже педагогов.
Полуторамиллионную армию педагогов на коллегии представляла Ирина Кузнецова, учитель-методист столичной школы № 1927, правда, самой обычной, средней (как сама она подчеркнула в своем выступлении), расположенной на окраине мегаполиса. И к ее мнению грех не прислушаться:
“Что касается ограничения количества учебников по каждому предмету, то я и мои коллеги боимся, что останется один учебник, хотя многие из нас начинали свою работу в школе в застойный период и для нас такая ситуация, казалось бы, не нова. Тем не менее мы дорожим свободой выбора, которую получили в последнее время, и не хотим ее терять”.
“Право выбора хорошо только в условиях Москвы, где родители могут перевести своего ребенка в другую школу, если им не понравился учебник, по которому он занимается, – убежден начальник Главного управления образования Оренбургской области Исаак Калина. – А в сельской школе учитель – монополист похлеще Газпрома, и ученики становятся заложниками его выбора, порой не самого правильного. Так что пусть этот выбор делает серьезное центральное ведомство, каковым является Минобразования. Мы рубим кошке хвост по кусочкам, чтобы ей не было больно. Но рано или поздно мы вернемся к понятию “базовый учебник” для массовой (то есть нормальной) школы. Другое дело, что есть “ненормальные” школы (с углубленным изучением отдельных предметов, гимназии, лицеи), и выбор учебника в данном случае должен зависеть от типа такого учебного заведения, а не от желания учителя.
Меня удивляет нынешняя ситуация, при которой ответственность делегируется сверху вниз: от министерства – руководителям органов управления образованием, а от них, в свою очередь, – школам. В условиях крайней ограниченности бюджетных средств и высокой ответственности за их использование очень бы хотелось, чтобы центр взял на себя серьезную систему отбора учебников и дал бы нам пусть три рекомендованных учебника, один из которых был бы самым рекомендованным, а мы закупали бы его за бюджетные средства. Апробация альтернативного учебника пусть проходит в тех школах, в которых родители учащихся дали на это свое согласие”.
Цитируем это выступление столь подробно по той причине, что оно является очень показательным, хотя и не выражает общего мнения. Вместе с тем в нем, как в зеркале, отразились сразу несколько опасных тенденций “текущего момента”: отказ от собственной “неправильной” инициативы в пользу “единственно верной” директивы “сверху”, упорное стремление к шаблонному единообразию взамен творческой вариативности и как следствие этого – сермяжная классификация школ по принципу “нормальные”, то есть массовые, и “ненормальные”, то есть авторские, инновационные, с углубленным изучением... Таким образом, в угоду ностальгическим настроениям могут быть перечеркнуты все достижения современного образования?
Трудно не согласиться с И.Калиной лишь в одном: педагог никогда не ограничивался в своей работе одним учебником, используя “целый веер дополнительной литературы”. Гораздо труднее понять, почему уважаемого руководителя образовательной отрасли крупного региона “пугает”, как сам он выразился, отсутствие этот самого “веера”? Ведь как известно, ни одно уважающее себя издательство не выпускает сегодня учебник без сопровождающего “учебно-методического шлейфа” и других дополнительных пособий – справочников, энциклопедий, словарей и т.д.

Прогнозы

Как будут развиваться дальнейшие события, предсказать не очень сложно. По требованию Владимира Филиппова количество учебников по каждому предмету все-таки будет регламентировано – конечно, не до одного, хотя... Магическая цифра “три” в качестве универсального ограничителя для учебников с “нехорошим” грифом “Допущено...” предлагалась министром чаще всего. В общем, похоже на то, что “хвост” вариативности рубят по кусочкам.
Примечательно, что далеко не все заместители министра разделяют позицию своего руководителя. Виктор Болотов и Елена Чепурных полагают, что число допущенных учебников может быть неограниченным, если они отвечают всем научным, педагогическим и санитарно-гигиеническим требованиям.
“Учебников много не бывает”, – утверждает Владимир Шадриков. – Даже во времена застоя наряду с одним базовым учебником использовались десятки пробных, как мы бы теперь сказали, экспериментальных. Поэтому регламентировать количество учебников не совсем правильный путь, а вот рационально организовать их использование – гораздо более важная задача”.
Посмотрим, чье мнение одержит верх.

Ольга Дашковская
Автор благодарит за предоставленные статистические данные заместителя начальника управления учебного книгоиздания, библиотек и медиатек Л.Д.Каверину

Ваше мнение

Мы будем благодарны, если Вы найдете время высказать свое мнение о данной статье, свое впечатление от нее. Спасибо.

"Первое сентября"