Главная страница ИД «Первого сентября»Главная страница газеты «Первое сентября»Содержание №34/2001

Вторая тетрадь. Школьное дело

Самоосвобождение, ценность, отметка...

Если мы хотим дать ребенку шанс на саморазвитие, недостаточно предоставлять ему мнимую свободу. Пусть для учителя это риск, но свобода должна быть настоящей

Самоосвобождение

Симон Соловейчик в книге “Педагогика для всех” вводит отнюдь не научный, но, как всегда, емкий термин, поясняя свое понимание настоящей, а не мнимой свободы. “К ответственности ведет не та свобода, что дана или подарена, а та, что добыта собственным усилием. Ребенка и подростка развивает не свобода, как иногда думают, а собственное действие по добыванию свободы, самоосвобождение. Достичь подлинной самостоятельности можно только самоосвобождением. Ребенок и на свет появляется сам – самоосвобождением”. В моменты самоосвобождения ему нужна поддержка, а не контроль – в школе это так же важно, как и дома. Ребенок должен сам набить себе шишки, сам встать и идти дальше. Но раз нельзя жестко отделить развитие ребенка в школе от его же развития дома и во дворе, то и законы, которыми руководствуются при этом взрослые, должны быть общими. При этом попытки взрослых, родителей и учителей, сделать из ребенка человека, навязывая свою взрослую мораль, в том числе и подаренную детям свободу без риска, не так уж и безопасны.
Итак, если мы верим, что к ответственности ведет свобода, добытая собственными усилиями (а лично я в это действительно верю), то как же мы должны строить школу? Традиционная классно-урочная система образования хоть и не дает больших шансов для развития индивидуальности, зато создает разнообразные ситуации для самоосвобождения. Дело в том, что в ней всегда есть от кого самоосвобождаться: от ига, давления учителей. Порой борьба между детьми и взрослыми в школах кажется настолько естественной, что мы даже не пытаемся от нее избавиться. Кажется, что дети всего мира проявляют максимум творчества и изобретательности в своих стремлениях насолить учителям.

Оценка

Ох, и дурное же это слово – оценка. С одной стороны, однокоренное с “ценностью”, с другой – с ценой. Разве человек может иметь цену? Оказывается, может, если его начать сравнивать с эталонным человеком. Даже цена появляется – отметка. В школе отметка давно заменила оценку. Там человек ценен не тем, хороший он или плохой, а тем, какие у него отметки. Ценность уступила место цене. Это случилось из-за того, что детей стали оценивать как бессловесных, неразумных существ. Когда мы оцениваем других людей, одновременно те оценивают нас. Я хочу с тобой дружить, а ты? Я люблю тебя, а ты? Я боюсь тебя... Мы бережем тех, кто может от нас уйти, освободиться. Те, кого не волнуют чувства друзей, любимых, просто знакомых, в обществе, как правило, быстро остаются одни. И в этом одиночестве у них есть шанс подумать: что же я сделал не так, если меня бросили, не оценили? Хорошо, когда остается время исправить сделанные ошибки.
Но именно безразличию, безответственности и учит школа с однонаправленной оценкой. Множество отметок сыплется на несчастные детские головы, как пестрые ценники: здесь чуть-чуть подороже, тут подешевле, а здесь просто уцененные товары. Отметки всегда безликие (какое лицо у цифры?!) и выставляются учителями, будто те имеют право вешать детям эти “ценники”. Оценка же не бывает односторонней: она всегда взаимна.
Можно ли в школе отказаться от оценки совсем? Скорее всего это просто не получится. В обществе вне стен школы мы всегда оцениваем и себя (правильное или неправильное решение я принял, хорошо ли я сделал и так далее), и других. Оценка присутствует при любом общении, но у нее есть глубокое отличие от школьной отметки. Во-первых, она проявляется не в словах, а в делах, хотя очень часто слова противоречат действиям. Во-вторых, в обществе оценка всегда двусторонняя. Если у продавца хвалят, но не покупают товар, он вынужден продавать что-то другое (это и будет реальной оценкой действий покупателей). А покупатели оценивают и магазин, и продавца не только покупкой единичного товара, но и рекламируя магазин своим друзьям или становясь постоянными клиентами.
Школа, пожалуй, единственное место из сферы услуг, где работник оценивает клиента, да еще пытаясь сделать это по некоторому заранее придуманному стандарту. Независимо от способа выражения оценивания: использования пятибалльной или двадцатибалльной системы отметок, крестиков и звездочек, зачетов и незачетов – неизменным остается направление (от учителя к ученику), неизбежно ведущее к сортировке учеников по выбранному взрослыми признаку. Что, если вывести из подполья оценку детьми своих учителей?! Думаю, тогда и в школе, а не только дома мы дадим нашим детям шанс на самоосвобождение, демонстрируемое миру и дающее богатый материал для анализа своего само. Внутри классно-урочной школы дети давно изобрели способ демонстрации своей оценки учителей, одновременно проверяя истинную ценность людей друг для друга.

Ценность

Приведу несколько примеров. Каждый из них поучителен по-своему. Каждый – шаг к самоосвобождению детей. И учителей, пожалуй, тоже... Сколько фантазии, изобретательности проявляют дети всего мира в этой борьбе за самоосвобождение. Каждая история (и тысячи им подобных) достойна подробнейшего анализа: чего хотели добиться дети, что продемонстрировали с этой целью, чего добились при этом взрослые, хотели ли они именно такого эффекта... Попробуем рассмотреть некоторые из них.

* * *

Первый год работы в школе помнит каждый. Дети “проверяют” молодых учителей с особым рвением. Когда у одного начинающего учителя класс стал мычать на уроке, тот сразу вспомнил, что всего шесть лет назад сам был организатором такого же протеста. Тогда учительница долго ругалась, пыталась обнаружить зачинщиков, приглашала на помощь директора, но так ничего и не добилась, почти полностью утратив расположение класса. И вот его детская шалость вернулась бумерангом: все повторилось, только он уже не за школьной партой, а за учительским столом. Он с улыбкой прислушивается к старательно производимым ребятами звукам и, заметив, что хор не очень стройный, обращается к ним: “Нет, так дело не пойдет! Мычать, так мычать всем! Ну-ка давайте дружнее!” Ребята в некотором замешательстве начинают мычать еще громче. Тут учитель не выдерживает и начинает безудержно смеяться. Дети, обидевшись, замолкают: вот если бы учитель начал их ругать, тогда они промычали бы целый урок, а тут – странный какой-то, смеется...
Здесь налицо предварительный тайный сговор, взаимоподдержка и взаимодоверие учеников класса. Как две разные задачи на одно правило. Результат – оценка друг друга учителем и детьми. Оценка настоящая, человеческая, ценностная, а значит, действительно ценная...

* * *

Магнитные пособия – хорошая вещь, но уж больно соблазнительны для ребят сами магниты! Опрометчиво оставив их на перемене вместе (я имею в виду детей и магниты), учитель к следующему уроку обнаружил пропажу (дети остались на месте, зато магниты исчезли все). “Я не хочу знать, кто это сделал, но мне нужны магниты для работы. Я выйду из класса, и те, кто считает себя смелым, при всех пусть вернут их на место. А кто боится это сделать при своих друзьях, что ж, оставьте магниты себе”. Не затерялось ни одного магнита: даже те, кто уже спрятал их в пальто, сбегали в раздевалку и все вернули.
Эта история показывает, насколько для детей важнее быть друг у друга в глазах порядочными людьми, чем получить нечто корысти ради. И, пожалуй, своим поведением ребята высоко оценили учителя: показали, что доверяют его слову.

* * *

Урок проходит в кабинете химии, и, войдя в класс, учитель с удивлением обнаруживает, что один мальчик сидит... в вытяжном шкафу. “Что ты там делаешь?” – не грозно, а с явным интересом спрашивает учитель. “Это аквариум!” – гордо отвечает ученик. “А ты, значит, рыбка?!” Учитель спокойно разворачивается к классу и начинает урок. К концу урока “героический” поступок мальчика превратился в ничто: ведь все занимались, сидя за партами, а он – в вытяжном шкафу...
И вновь учитель не стал классифицировать поведение ребенка как “хорошее или плохое”. Напротив, он попытался свести ситуацию к шутке, принял ребенка таким, какой он есть, поддержал на сложном пути в мир взрослых. Чему мог научиться при этом мальчик? Во-первых, тому, что равноправие подразумевает и равную ответственность (назвался груздем – полезай в кузов); во-вторых, тому, что смешон не всегда тот, над кем хотят посмеяться (хорошо смеется тот, кто смеется последний; не рой яму другому – сам в нее попадешь). И еще: взаимоуважение людей ценнее, чем злость и раздражение. И многому другому, что открылось ему гораздо позже, но что отразилось на всей его жизни, начиная с этого момента.

* * *

Девятиклассник подходит к учительнице и просит одолжить ему “руку скелета” на пять минут. На вопрос “зачем?” доверчиво объясняет, что в соседнем кабинете работает такая молоденькая, такая симпатичная физичка, что он ну просто не может удержаться и не попытаться напугать ее. Что делать? Ведь учителю оказано высочайшее доверие: ему рассказали все о будущей шалости! Решение принято: на следующие пять минут они становятся сообщниками. “Только если тебя директор поймает, не говори, что это я тебе разрешила”. “Могила!” – отвечает парнишка и идет “на подвиг”, тогда как учитель с остальными ребятами, замерев, ждут развязки неожиданного приключения. Дружный хохот из соседнего кабинета развеял все сомнения учительницы: все было сделано правильно, и физичка прошла с достоинством первое “боевое крещение”.
Какой красивый ход избрал этот непутевый ребенок! Одним махом проверил и себя (не побоится ли попросить учителя стать соучастником в заговоре), и двух учителей и повеселил народ, заслужив восторженные взгляды со стороны однокашников.

Школа

Нелепо думать, что ученик, пришедший по собственному выбору учиться у учителя, будет заниматься разного рода заговорами и провокациями. Все истории, описанные выше, имели смысл только благодаря тому, что дети вынуждены были заниматься делом, которое им неинтересно, которое выбрали за них взрослые. Если дать детям полную свободу открытого выбора занятий, то свое творчество, тягу к риску и самоосвобождению они проявят в другом: будут пробовать максимально долго не ходить ни на какие занятия, демонстративно сидеть с друзьями в коридоре или целыми днями играть в теннис. Они сами будут прокладывать себе путь, рискуя и отвечая за собственный риск. Однако этот риск необходим детям: самоосвобождение невозможно без преодоления трудностей и препятствий, без ситуации, не предсказанной заранее. Мы хотим вырастить наших учеников самостоятельными людьми, а значит, мы должны, доверяя им, дать реальную, а не мнимую свободу (или не давать ее вовсе).
Если же давать половинчатую свободу под контролем и руководством, исчезает это необходимое пространство риска. “Составил личный план – следуй ему, чего бы это ни стоило”, – говорят учителя детям в школах с половинчатой свободой. Я имею в виду школы, ставшие сегодня очень типичными: детям предоставляют право выбора части предметов, но при этом говорят, что они обязаны будут туда ходить определенное время, сделать какую-то работу и так далее. Однако ребенок не может жить по плану, даже тщательнейшим образом продуманному, даже если он сам этого хочет. Пожалуй, жизнь вообще не поддается планированию, тем более у тинейджеров. Иногда заключают “договоры” с учениками, периодически обсуждают, почему те не хотят идти на одни занятия и рвутся на другие, уговаривают детей (иногда при помощи совместного с родителями давления на них) учиться в якобы выбранных ими местах. Своеобразная “свобода” под надзором взрослых.
Самое опасное в этом то, что детей таким образом лишают права на самоосвобождение: ученики в обычном классе хоть борются с учителями, подкладывая кнопки, натирая доску воском...
Самоосвобождение и взаимооценка. Разве есть что-то общее в этих понятиях, ведь они на первый взгляд относятся совсем к разным вещам! Как знать, как знать? Для меня они говорят об одном и том же: о взаимоотношениях человека с окружающим его миром. Если ребенок поймет, что от его САМО этот мир может измениться, он будет стремиться работать над собой. Если же самоосвобождающийся ребенок видит вокруг себя неизменный, созданный взрослыми “правильный” мир, непонятно, зачем ему делать следующий шаг своего освобождения. Неужто чтобы получить очередную отметку?.

Ольга ЛЕОНТЬЕВА


Ваше мнение

Мы будем благодарны, если Вы найдете время высказать свое мнение о данной статье, свое впечатление от нее. Спасибо.

"Первое сентября"