Главная страница ИД «Первого сентября»Главная страница газеты «Первое сентября»Содержание №17/2001

Вторая тетрадь. Школьное дело

Шаг вперед или?..

Размышления о прошлом и будущем


Шубин А.В. Новейшая история:
Учебник для 9 класса общеобразовательных учебных заведений. –
М.: Новый учебник; Веди-принт, 2000

История XX века драматична и трагична. Именно в это время человечеству пришлось пережить две мировые войны, массовое уничтожение людей. В то же время именно в XX веке человечество сумело достичь невиданных прежде высот: оно вышло в космос, в некоторых странах был достигнут высочайший уровень жизни, которого не было никогда прежде. <…> История XX века проверила на практике многие идеи, увлекавшие человечество на протяжении столетий, воплотила в жизнь мечты о дешевой энергии, социальном равенстве, мировых империях, материальном изобилии, победе над многими болезнями. Но каждый раз новая победа человечества оборачивалась новыми проблемами и жертвами».
С такой диалектической оценки итогов прошедшего столетия, данной автором в предисловии, начинается «Новейшая история». Сразу отмечу, что в общих чертах А.В.Шубину удалось отразить двойственность, противоречивость как исторического процесса в целом, так и отдельных локальных событий. Проиллюстрирую эту положительную тенденцию учебного пособия на примере достижений так называемого постиндустриального общества.
«Технологии нового поколения сами по себе не гарантируют человеку счастливого будущего. Средства массовой информации, виртуальная реальность, Интернет и другие возможности получения информации и обмена ею – все это может служить как освобождению человеческого сознания, так и его закабалению». Весь вопрос в том, кому будут принадлежать эти достижения: узкой олигархической элите или широким слоям общества (с. 309). И далее автор рассуждает о том, что технологический процесс сопряжен с глобальными экологическими проблемами. Наконец, постиндустриальные страны – это лишь небольшой уголок мира, в то время как серьезнейшие социально-экономические проблемы большей части человечества остаются по-прежнему в силе.
Заострю внимание на полноте и вместе с тем лаконичности большинства тезисов, приводимых на страницах учебника. Так, к причинам Первой мировой войны относились: «Борьба за передел колониальных владений и рынков сбыта промышленной продукции, стремление к переделу границ в Европе, необходимость отвлечь рабочих от социальной борьбы» (с. 13). А главной причиной Второй мировой войны «стало стремление фашизма к мировому господству» (с. 101).
Ни для кого не секрет, что в наше время многие исторические установки прошлого пересмотрены, но в пылу очередной «перестройки» важно не увлечься рокировкой плюсов на минусы и наоборот, исходя из конъюнктуры, а менять наши представления на основе строгих научных фактов только в тех вопросах, в которых ранее действительно были допущены ошибки. К сожалению, не все исследователи и не всегда следуют в своей деятельности этому простому правилу. Поэтому многие на первый взгляд тривиальные исторические положения в современном контексте приобретают весьма значимый оттенок.
Анализируя теорию и практику фашизма, А.В.Шубин прослеживает его связь с крупным промышленным и финансовым капиталом Германии. А Гитлер, несмотря на слово «социализм» в названии нацистской партии, «придерживался ультраправых идей, направленных против движения трудящихся за свои права» (с. 80–86). В немалой степени усилению фашистской Германии способствовало и то обстоятельство, что «Великобритания и Франция не решились противодействовать росту германской военной мощи и стали проводить политику «умиротворения» реваншистов. Эти страны не желали нести связанные с войной затраты, не хотели новых жертв, надеясь, что с Гитлером удастся договориться. Кроме того, многие западные политики полагали, что германскую агрессию удастся направить против СССР» (с. 88).
В книге приводится важная и интересная информация, которая в школьных учебниках освещается, как правило, крайне скупо. Что позволило странам Запада преодолеть Великую депрессию конца 20-х – начала 30-х годов и выйти в послевоенный период на качественно новый уровень развития? Еще в 1926 г. британский экономист Кейнс опубликовал работу «Конец свободного предпринимательства», в которой доказывал необходимость активного регулирования капиталистической экономики государством. Кейнсианство легло в основу рузвельтского «Нового курса», возродившего США буквально из пепла жесточайшего экономического кризиса. Деятельность банков, как и всей экономики в целом, была поставлена под контроль государства. Ограничивалась конкуренция, вводились единые цены и распределялись рынки сбыта. Был ограничен рабочий день и введена минимальная зарплата; приняты законы об обязательном заключении страховых договоров между профсоюзами и предпринимателями и об обязательном страховании рабочих. Американцам гарантировались государственная пенсия по старости и инвалидности, пособие по безработице. Аналогичные меры были проведены в экономике ряда стран Европы и Латинской Америки (с. 44–45, 74–78).
На базе недавно введенных в научный оборот архивных источников повествуется о послевоенных событиях в странах Восточной Европы. Сталин, развязавший в конце 40-х – начале 50-х годов террор в среде высшего партийно-государственного руководства этих стран, предстает в своих действиях не в карикатурном облике параноика, а в качестве жесткого, циничного политика, действовавшего сообразно со своей логикой. В малейшем несогласии, в иной точке зрения, присутствовавших у других коммунистических лидеров, «вождь народов» усматривал угрозу раскола, ослабления международного коммунистического движения. В первую очередь в силу этой ущербной сталинской теории были репрессированы многие руководители компартий восточно-европейских государств и произошел разрыв отношений с Югославией (с. 140–141). В то же время А.В.Шубин подчеркивает: нельзя искусственно сближать сталинизм и фашизм, ибо они «основывались на принципиально различных социально-экономических и идеологических принципах» (с. 102).
Рассматривая общественные отношения, автор «Новейшей истории» раскрывает их не только материальный, но и духовный подтекст. Уже к 60-м годам в развитых капиталистических странах складывается «общество потребления». Эту стадию социального развития характеризует рост благосостояния населения и зависимость жизни человека и страны от потребления как можно большего количества товаров. Однако в новых условиях обыденностью стали аморализм, циничность и духовная безысходность. Человек же превратился в раба техники. Поэтому не случайно, что западное общество разъедали острые противоречия (студенческие бунты 60-х годов), а великие мыслители того времени (Хемингуэй, Камю и др.) считали подобный путь общественного движения тупиковым
(с. 170–173).
«Новейшая история» А.В.Шубина – это методически грамотный учебник. Еще раз подчеркну превалирование проблемного, поискового метода изложения учебного материала, чему способствует аналитический, творческий характер представленных вопросов и заданий, схем и таблиц, цитат и статистических данных. К примеру, ключом к пониманию причин политики «умиротворения» является следующее высказывание французского премьер-министра Даладье: «Любое соглашение предпочтительнее мировой войны, когда вся Европа, победители или побежденные, стали бы жертвой коммунизма» (с. 99). А следующий вопрос потребует уже самостоятельных серьезных размышлений девятиклассников. «Милован Джилас, один из соратников Тито… вспоминал: “Для Тито разрыв с Москвой являлся болезненным психологическим и интеллектуальным ударом. По мнению его окружения, именно в тот период начались приступы тяжелой хронической болезни”. Почему Тито так остро переживал конфликт, который выиграл?» (с. 144).
В книге прослеживается перманентная связь с курсом отечественной истории через включение международных акций СССР, России в общемировой исторический контекст. Основные понятия и даты выделены в конце параграфов. Учебник заканчивается списком литературы для дополнительного чтения. Карты, на мой взгляд, продуманно помещены не в конец учебника, как обычно, а в соответствующие им параграфы. Учебное пособие красочно иллюстрировано, содержит разнообразные фотодокументы.
Наряду с несомненным положительным потенциалом учебник имеет и некоторые недочеты. В этом смысле «Новейшая история» тиражирует беду многих современных монографий и учебных пособий: попытка абстрагироваться от любых идеологий и теорий, в свою очередь, оказывается тоже определенной теорией, в которой многие аспекты соединены эклектично, а значит, выводы умозрительны и расплывчаты. Похвально стремление авторов к непредвзятости, но как нелегко бывает порой не броситься и в другую крайность – не принять равноудаленность, золотую середину за истину!
Характеризуя индустриальную цивилизацию как «стадию развития общества, основой которой является преобладание в экономике промышленности, а в социальных отношениях – специализации и разделения труда» (с. 14), А.В.Шубин пытается уйти от дефиниций, так или иначе связанных с формационным подходом. Правда, в учебнике упоминается, что «в начале XX в. индустриальная цивилизация существовала в форме капитализма. Экономика передовых государств управлялась классом капиталистов (буржуазией)» (с. 7). Однако подобный подход фиксирует только техническую сторону развития общества. Социальные отношения оказываются здесь нераскрытыми и, по сути, вторичными. Между тем обе эти категории неразрывны и значимы для создания адекватного представления о том или ином общественно-экономическом строе. Если же руководствоваться исключительно «индустриальным» подходом, то, например, становится не совсем ясным смысл ожесточенного противостояния между двумя формами одного и того же явления – индустриализма – капитализмом и социализмом.
Мне уже приходилось писать о неправомерности одностороннего взгляда на историю стран Восточной Европы во 2-й половине XX века. («Учебники» № 40, 2000, 31 октября.) К чести А.В.Шубина, его историческое видение выглядит объективнее, нежели у многих его коллег. Шубин специально оговаривает, что термин «социализм» применительно к нашим бывшим союзникам можно употреблять лишь условно, так как многие идеи социалистической концепции так и не были реализованы на практике. Тем не менее автор признает за социалистическим лагерем большие успехи. Штрихами обозначен и тяжелый социально-экономический и политический кризис, обрушившийся на восточно-европейские государства после событий конца 80-х годов (с. 202–203, 314, 230–234). Однако целостная картина всех этих процессов в учебнике все же не оттенена...
Надеюсь, что, перевернув последнюю страницу «Новейшей истории», девятиклассники сумеют если не понять, то по крайней мере задаться вопросом: чем был XX век в судьбах отдельных стран и народов, в истории всего человечества? Шагом вперед или… (смотри классика)? И нет ничего сложнее постижения этой «арифметики».
Сергей ЧЕРНЯКОВ