Главная страница ИД «Первого сентября»Главная страница газеты «Первое сентября»Содержание №9/2001

Вторая тетрадь. Школьное дело

Василий КОЛЬЧЕНКО

Все ли дети могут учиться успешно?

Ответить “да” или “нет” – легко.
Но на самом деле этот вопрос требует совсем другого ответа

Нашим постоянным читателям знакомо имя Юрия Афанасьевича Макарова, учителя из Перми, который 30 лет занимается индивидуализированным обучением в обычных классах. Начинал он с математики. Потом вместе с коллегами разработал методику и для других предметов. Когда корреспондент нашей газеты Василий Кольченко приезжал в Москву, он побывал на семинаре Юрия Афанасьевича.

Макаров спросил аудиторию: «Знакома ли вам эта ситуация? Слабый ученик не может освоить программу. Оставляем его после урока, даем выучить материал. Теперь иди отвечай. Он идет. Пока шел до учительского стола, все забыл. Тогда сажаем его у своего стола. Сиди учи. Как выучил, сразу отвечай. Это чтобы знания не успели испариться из памяти. Вот он ответил несколько слов, и слава Богу! Уже есть основание поставить ему тройку. Как помочь таким детям? И как помочь такому учителю?»
В педагогике это вопрос вопросов. Не так уж трудно научить способных детей, для которых учеба интересна и увлекательна. Иногда они и сами себя могут научить, а взрослые для них не более чем консультанты-советчики. Но что делать с теми, для кого учеба – тяжелый, почти непосильный труд?
Наверное, это самое важное утверждение гуманной педагогики: все дети могут учиться успешно. Самое важное и самое противоречивое. Вдумайтесь: что значит «все дети»? Что значит «учиться успешно»? Эти понятия связаны, как неизвестные в алгебраическом уравнении. От значения икса зависит значение игрека, и наоборот, смотря с чего начать.
Давайте начнем с понятия «все дети». С одной стороны – конечно же, не все. В любой стране есть больные дети с резкой задержкой умственного развития. Их не научишь читать или писать, некоторые не смогут и двух слов связать, но ведь их тоже учат в особых школах – правда, на другом уровне, другим навыкам, с другим определением успеха.
Допустим, «все дети» – это 90 процентов школьников. Могут они успешно освоить нынешние учебные программы или нет? Много раз я слышал от замечательных нью-йоркских учителей, работающих с чрезвычайно запущенными детьми, горький вздох: «Наших учеников научить нельзя». Уже и усадили их за парты, и наладили учебную работу, все вроде бы учатся, стараются – а научить невозможно. Почти ничего не помнят, не понимают – точно так же, как слабый ученик в примере Макарова.
И все же остается сомнение: нельзя научить, невозможно – или мы просто не умеем, не знаем, как это сделать? Спрашиваю: «А ученики ваши помнят свои имена?» Помнят. «Они знают, где живут?» Знают. «Девочки разбираются в сложностях современного макияжа, мальчики без труда перечислят последние марки автомобилей, многие знают наизусть слова популярных песен – верно?» Верно. «Значит, они не умственно отсталые, а скорее академически отсталые, не в ладах со школьной наукой?» Похоже на то.
Допустим, все ученики не могут учиться успешно – не способны. А сколько могут? Кто скажет – 90 процентов, кто – 60, кто – 20. Разница огромная. На этой шкале убеждений свою позицию найдет любой учитель, родитель, гражданин. Кто же прав?
Правота вроде бы зависит от нашего определения учебного успеха. Самый простой способ повысить успеваемость – это снизить учебные требования. Трудный экзамен сдадут 20 процентов учеников, легкий – 60, а если разгрузить программы и никакого экзамена не давать, тогда всех можно записать в отличники.
Но когда нет преодоления учебных трудностей, вместо учебы выходит притворство и симуляция. Этой дорогой пошли в свое время во многих американских школах. Упростили программы и снизили учебные требования, чтобы не обижать слабых учеников. Теперь пробуют вернуться на исходные позиции, обнаруживая все новые трудности и проблемы.
Значит ли это, что снижение учебного уровня – единственный путь к всеобщему образованию, к учению без исключения? Нет! В формуле «все дети могут учиться успешно» есть еще одна ключевая переменная. Это методика.
На любом уровне развития ребенка учебный успех приходит в преодолении трудностей, в упорном труде. Методика должна сделать эти трудности посильными, а сам учебный труд – интересным и увлекательным. Однако владеет ею далеко не каждый.
Отсюда разноголосица мнений о детских способностях. При плохой методике успевают 20 процентов детей, при хорошей – все 90. Педагоги-новаторы изобретают эффективные методы, не снижая учебной сложности. Этим и занят учитель Макаров из Перми.