Главная страница ИД «Первого сентября»Главная страница газеты «Первое сентября»Содержание №58/2000

Четвертая тетрадь. Идеи. Судьбы. Времена

Дмитрий ШЕВАРОВ

“Земля, откуда прилетали эти птицы...”

Сто лет назад русские моряки и ученые отправились на поиски Земли Санникова

Летом 1900 года от петербургской набережной отошла парусно-паровая баркентина “Заря”.
“Из наших глаз мало-помалу исчезали друзья, собравшиеся на набережной и на окружавших “Зарю” пароходах и лодках. Они долго еще посылали нам вслед прощальные приветствия...”
Первая запись в путевом дневнике Эдуарда Васильевича Толля – сорокадвухлетнего полярного путешественника. С нее началась самая крупная научная экспедиция из всех, когда-либо снаряжавшихся на поиск Земли Санникова.

* * *
Почему нам так хочется вглядываться в их портреты? Почему нас так тянет за ними? Почему нас не страшат, а восхищают и обнадеживают их печальные судьбы?
Мореходы, ученые, путешественники, математики и лирики, художники и поэты... Они очень чисто и светло начали ХХ век. Не их вина, что дней этих “прекрасное начало” оборвалось. А потом и вовсе забылось...
Но были эти люди – светлые и мужественные. Была Земля Санникова, куда они так зачарованно стремились.

* * *
Это сейчас морские словари и справочники называют землю, которую впервые видел Яков Санников в 1809 году, “мифической”, “призрачной”. Романтикам напоминают, что Землю Санникова “искали безуспешно сто лет, пока в 1937–1938 гг. советские моряки и летчики не доказали окончательно, что такой земли нет”.
И все-таки такая земля была! Есть серьезные основания предполагать, что Земля Санникова существовала до конца XIX века как грандиозное образование из льда и базальтовых пород, но в начале нового века она была стремительно разрушена морем и исчезла. Ведь не за призраком же в самом деле гонялись выдающиеся ученые не только России, но и Норвегии, Германии, США. Эдуард Толль своими глазами наблюдал Землю Санникова в экспедицию 1886 года – тогда он видел ее с северного берега острова Котельный. Контуры четырех гор были прекрасно видны в ясную погоду.
77° 09ґ с.ш. и 140° 23ґ в.д. – эти координаты предполагаемого нахождения Земли Санникова привлекали внимание многих стран. Именно на опережение их действий была нацелена экспедиция барона Толля. Доказывая ее необходимость, президент Императорской Академии наук великий князь Константин Константинович писал 2 апреля 1894 года министру финансов С.Ю.Витте: “Экспедиция на Санникову Землю была бы теперь особенно своевременна также для изучения истинных размеров естественных богатств Ново-Сибирских и севернее лежащих островов и всего их морского бассейна... Американские промышленники проникли в восточные воды Сибирского Полярного моря... Если мы не утвердимся <...> иностранцы захватят в свои руки морские промыслы и торговлю...”


Экспедиция буквально через несколько недель получила 150 тысяч рублей золотом. Удивительно, как согласно, быстро и увлеченно помогали готовить экспедицию самые разные люди – от членов императорской фамилии и адмирала Макарова до чиновников Министерства финансов и простых моряков. Глава Русского географического общества знаменитый П.Семенов-Тян-Шанский торопил Академию наук, взявшую на себя снаряжение экспедиции: “Недалеко уже то время, когда честь исследования <...> Земли Санникова будет предвосхищена скандинавами или американцами, тогда как исследование этой земли есть прямая обязанность России...”
Впрочем, не все скандинавы относились ревниво к русским исследователям. Давний друг Эдуарда Толля великий норвежский путешественник Фритьоф Нансен снабдил русскую экспедицию ценными советами, основанными на недавнем опыте плавания “Фрама” во льдах. Именно по рекомендации Нансена в Норвегии был куплен китобойный барк “Гаральд Харфагер”, который великий князь Константин Константинович предложил переименовать в “Зарю”. Барк переоборудовали в экспедиционное судно. Перед самым отплытием Эдуард Толль получил от Нансена письмо, полное тепла, заботы и добрых пожеланий: “Дорогой друг! Мне хотелось бы иметь случай повидаться с Вами до Вашего отъезда, но это, пожалуй, не удастся... Надеюсь, что Вы нашли Ваши санки, как и все остальное снаряжение, вполне удовлетворительными... Я настоятельно советовал лейтенанту Коломейцеву взять с собой на корабль побольше дерева (ясень и др.) про запас для починки санок... От всего сердца желаю Вам всего доброго и прекрасного... Мне нет необходимости говорить Вам, что, за исключением Вашей превосходной жены и Вашей семьи, мало кто будет с таким интересом следить за Вами, как я...”
Вместе с командой судна экспедиция состояла из двадцати человек. Отбор кандидатов из числа добровольцев был чрезвычайно строгий. Учитывались не только здоровье, психологическая устойчивость, профессионализм, научные способности, но и нравственные качества.
В одном из своих последних перед отплытием выступлений Эдуард Толль сказал, что его экспедиция “не есть спортсменское предприятие... Русская полярная экспедиция выходит под вымпелом Академии наук и ставит себе серьезные научные задачи, а наука только тогда свята, если она не потеряла связи с общечеловеческими задачами гуманности...”
Это была экспедиция лейтенантов. В этом звании был капитан “Зари” Николай Коломейцев, геодезист, метеоролог и фотограф Федор Матиссен, а также гидролог и гидрохимик Александр Колчак.
Вспоминаются слова Александра III о Земле Санникова, сказанные им выпускникам Морского корпуса: “Кто откроет эту землю-невидимку, тому и принадлежать будет. Дерзайте, лейтенанты!”
Первую остановку “Заря” сделала в Ревеле, Эдуард Толль простился с родным городом, с женой Эммелиной.
Вот хроника движения “Зари” к Земле Санникова.
Август 1900 года – выход в Карское море, краткая остановка на острове Диксон.
Осень – дрейф в заливе Миддендорфа, 24 дня ледового плена.
Благополучная зимовка у берегов Таймырского полуострова в бухте Колин-Арчера.
Апрель 1901 года – лейтенант Коломейцев и промышленник Расторгуев командированы с почтой на Большую землю.
Лето 1901 года – научный поход для обследования Таймыра.
25 августа “Заря” вышла на открытую воду, 1 сентября прошла у мыса Челюскин и взяла курс на Землю Санникова.
9 сентября “Заря” обнаружила малые глубины, находясь на 75° 45ґ с.ш. и 139° в.д. Это свидетельствовало о том, что Земля Санникова близка. Но в тот же день судно попало в густой туман и наткнулось на пояс мощных льдов. “Заря” пошла вдоль границы льдов.
Эдуард Толль записал в дневнике 10 сентября: “...При таком густом тумане, как сегодня, невозможно ничего выяснить... Если удастся найти зимнюю гавань у острова Генриетты, то оттуда можно будет отправляться на санях и каяке для исследования Земли Санникова. Однако у меня закрадываются тяжелые предчувствия...”
25 октября 1901 года Э.Толль послал в Петербург телеграмму (через Якутск): “Застала зима в Нерпичьей бухте. 19 октября открыли метеорологическую станцию с ежечасными наблюдениями. Все благополучно. Все здоровы. Шлем привет Главной обсерватории”.
Зимой доставлена почта с материка – Э.Толль получает письма от жены и Ф.Нансена.
Май 1902 года – идет подготовка санно-шлюпочного перехода с “Зари” на остров Баннета, который ближе всех находится к Земле Санникова.
Э.Толль записывает в дневнике, что не хочет возвращаться домой, не открыв Земли Санникова. “Только бы мне достигнуть цели!.. Как туго натянутые струны, напряжены мои нервы перед этим прыжком через полыньи и горы, через торосы и моря... Что должно свершиться, то сбудется!”
5 июля 1902 года Толль покинул “Зарю” в сопровождении астронома Фридриха Зееберга и промышленников Василия Горохова и Николая Дьяконова. Договорились, что через два месяца “Заря” подойдет к острову Бенетта и заберет путешественников.
13 июля Э.Толль с товарищами достиг на собачьих упряжках мыса Высокого на острове Новая Сибирь. 3 августа на байдарках они достигли острова Бенетта.
Из-за тяжелой ледовой обстановки “Заря” не смогла подойти к острову Бенетта в назначенный срок. Лейтенанты Ф.Матиссен и А.Колчак испробовали разные варианты, но в конце концов на остатках угля вынуждены были уйти в бухту Тикси. Личный состав экспедиции на рейсовом судне по Лене прибыл в Якутск и в декабре 1902 года был уже в Петербурге.
Тем временем группа Эдуарда Толля, достигнув острова Бенетта, приступила к исследованиям. За 98 дней пребывания на острове Э.Толль с товарищами составил карту острова, собрал минералогическую коллекцию, построил дом на юго-восточной оконечности острова. Возможно, что путешественники предпринимали вылазки в сторону Земли Санникова. Составили отчет об исследованиях. “...Следующие птицы жили на этом острове: два вида гаг, один вид куликов, снегирь, пять видов чаек и между ними розовая. Пролетными птицами явились: орел, летевший с юга на север, сокол – с севера на юг и гуси, пролетевшие стаей с севера на юг. Вследствие туманов земли, откуда прилетали эти птицы, также не было видно – Земли Санникова... Отправимся сегодня на юг. Все здоровы. 76° 88ґ северной широты, 149° 42ґ восточной долготы. Э.Толль... 26.10–08.11.1902 года”.
Кончалась провизия, поэтому зимовка на острове была невозможна. Со спокойной решимостью барон Толль и его товарищи отправились в полярную ночь по неверному осеннему льду на континент, домой, вслед за птицами, возвращавшимися на юг с неведомой земли...
Лейтенанты Матиссен и Колчак сразу по возвращении в Петербург взялись за организацию спасательной экспедиции. 9 февраля 1903 года началась спасательная эпопея, но только в середине августа экспедиция достигла острова Бенетта в назначенный срок. Колчак вспоминал: “Под грудой обледенелых и занесенных снегом камней мы нашли оставленные инструменты. Там же находился документ, писанный рукой барона Толля...”
Спасатели обошли весь остров, но своих пропавших товарищей не нашли – ни живых, ни мертвых. Александр Колчак назвал северо-восточный мыс острова мысом Эммелины – в честь жены барона Толля. Это последнее, что мог сделать Колчак для своего командира и друга.

Иллюстрации из книги Л.Аусвейта
“Как открывали земной шар”, 1939 г.
.


Ваше мнение

Мы будем благодарны, если Вы найдете время высказать свое мнение о данной статье, свое впечатление от нее. Спасибо.

"Первое сентября"