Главная страница ИД «Первого сентября»Главная страница газеты «Первое сентября»Содержание №82/1999

Архив
Валерия МУХИНА,
академик, заведующая кафедрой психологии развития МПГУ

Лавочка на светлой стороне детства

Педагогика невозможна без высоких слов, и одно из них – свобода

Говорят, ребенку трудно быть счастливым. В детстве он сталкивается с феноменом жизни и смерти, перед ним встает вопрос выбора жизненного пути, возникает страх ответственности за свое будущее.

И тут особенно значимой становится способность взрослого приоткрыть светлые стороны жизни. Огромную важность обретает умение донести смысл высоких слов: любовь, дружба, свобода, призвание...

Совершенно согласна с Симоном Соловейчиком: “Педагогика без высоких слов и понятий – обман, обман, обман... В высоких словах может содержаться ложь, а без них все оборачивается ложью неминуемо”.

Вот только как передать смысл высокого слова, не исказив его? Как донести суть без лжи, фальши?

В концепциях многих авторских школ особое место занимает идея свободы.

Когда в “Орленке” через опыт проживания различных ситуаций мы попытались приблизиться к пониманию свободы, выяснилось, что для детей она зачастую сводится к дилемме: нормативность – не нормативность.

Мы подготовили карнавальные костюмы и сказали детям: сегодня вечером можно все. Нельзя только лишать свободы другого человека и наносить ему ущерб. Сначала ребята были счастливы, а потом пришло состояние растерянности: что с этой свободой делать? Нормы и правила поведения настолько прочно вошли в сознание детей, что они уже не могли их нарушать, а свободу отождествляли именно с этим.

В другой раз дети получили два часа свободы в аквапарке. Спрашиваем: кто испытал чувство свободы? Половина ребят ответили утвердительно: да, мы делали что хотели. А остальные сказали: какая же это свобода, когда аквапарк со всех сторон огорожен двухметровым забором!

Хорошо, говорю, а если нет забора, если у вас в распоряжении весь земной шар? И тут дети делают первое открытие: свобода – относительное понятие.

А дальше был такой эксперимент: детям предлагалось проверить, можно ли чувствовать себя свободным, просидев 15 минут на лавочке. И не удивительно ли, что в таком положении все смогли ощутить свободу? А произошло это потому, что каждый в это время начал думать о чем-то своем. Новое открытие: я все равно останусь свободным, потому что свобода внутри меня. Ребята удивлены: то им нормы мешали, то пространство, то время, а оказывается, все это не важно. Значит, у свободы могут быть разные измерения, разное понимание.

Значение высоких слов только тогда усваивается ребенком, когда он прожил, прочувствовал их пусть на маленьком, эпизодическом, организованном педагогами, но опыте собственной жизни. То же относится и ко взрослым. Поэтому, разговаривая с ребенком, стоит воздерживаться от употребления тех слов, за которыми нет прожитой тобой реальности.

Ребенок относится к слову иначе, чем взрослый. Для ребенка слово полнокровнее, оно обладает живой магией. Перед словом ребенок замирает порой, как перед чудом зримого. От лица детей об этом прекрасно сказал Р.Брэдбери: “Наши учителя говорят, что семантические духи, призраки, эльфы и песочные люди – это всего лишь названия и за ними не стоит никакой реальной сущности... Но все это чепуха. Мы знаем на этот счет побольше учителей”.

Но как есть слова, возвышающие ребенка, так есть слова низкие, сокрушающие его дух. Недавно, разговаривая с детьми из 1-й Сергиево-Посадской гимназии, услышала от них: мы плохие. Наркотики, болезни, агрессия – все это относится к нашему поколению. Что же нам делать?

Говорю: это не так. Разве плохие люди могут собираться вместе и вести беседы о смысле жизни, о человеческом предназначении, о том, как сохранить свою уникальность?

С детьми можно говорить о самых сложных явлениях. Более того, я считаю: все, что мы, взрослые, учителя и педагоги, знаем о законах психического развития детей, должен знать и ребенок. Тогда он становится творцом самого себя и соавтором педагогического процесса.

Конечно, никого нельзя принудить говорить с ребенком о чистоте детской души с любовью, об уникальности его личности – с уважением, о призвании – с надеждой и верой. Но вот что дает основание для оптимизма. У многих российских учителей есть замечательная общая черта – глубокое понимание того, что ребенку необходимы любовь и признание старших. И пусть высокие слова помогут всем нам удовлетворить потребность детей в любви и признании. Это и есть главное условие счастья.


Ваше мнение

Мы будем благодарны, если Вы найдете время высказать свое мнение о данной статье, свое впечатление от нее. Спасибо.

"Первое сентября"